Впервые собственное отражение в зеркале встревожило его. Будучи предельно честным, он не мог не признать, что пока еще красив, входит в число одной десятой одного процента самых красивых людей на Земле, но, похоже, не столь прекрасен, каким был до того, как сел в «Эксплорер» и отправился в поход, чтобы спасти человечество от уродства.

Ориентированный на будущее, целеустремленный, он, конечно же, не впал в отчаяние. Разработал программу диеты, физических упражнений, подобрал комплекс биологически активных добавок, занялся медитацией, чтобы вернуть себе былое великолепие.

И любое зеркало показывало, что он добился успеха. Выглядел Рой потрясающе.

Тем не менее годы реабилитации он частенько характеризовал для себя как потерянные годы, потому что, пока он занимался собой, у него не было времени кого-либо убивать. Не было и причин убивать.

Рою же нравилось ставить цели и достигать их, его не оставляло стремление послужить обществу. Убийство ради убийства его не интересовало. Ему обязательно требовалась цель.

И когда ему в голову пришла идея собирать и сохранять идеальные части тела совершенной женщины, жизнь Роя вновь обрела смысл.

Со временем он намеревался подарить свою коллекцию одному из крупнейших музеев. Ученые и критики, занимающиеся современным искусством, сразу бы по достоинству оценили гениальность замысла и красоту собранной по частям женщины.

Но сначала он хотел встретить живую женщину, совершенную во всем, предназначенную ему судьбой. И ему требовалась коллекция, чтобы выкладывать ее пред собой и сравнивать свою будущую возлюбленную с этими эталонами совершенства. Только так он мог гарантировать, что женщина его мечты в полной мере будет соответствовать установленным им высоким стандартам.

Не вызывало сомнений, что Венера, которую он ждал, в самом скором времени возникнет на горизонте… еще одна причина, по которой он не мог допустить вторжения имитатора в его жизнь. Использование этим кретином дешевых контейнеров, не идущих ни в какое сравнение с «тапперуэрами», показывало, что имитатор этот не ценит красоту, а потому никакая дружба между ним и Роем невозможна.

И теперь, готовясь к следующему визиту имитатора, Рой заряжал разные пистолеты и револьверы. А потом разнес их по всем уголкам своей просторной квартиры.

В ванной положил «браунинг хай-пауэр» калибра 9 мм в ящик, где держал одеколоны.

Под подушку в спальне спрятал «смит-и-вессон чиф спешл», самый маленький из револьверов калибра 0,38 дюйма.

В гостиной, уже под диванную подушку. Рой сунул «глок модель 23» с патронами калибра 0,4 дюйма компании «Смит-и-Вессон».

Среди тренажеров разместил два пистолета «SIG P245».

Наконец Рой добрался до кухни и положил «Спрингфилд трофи мэтч 1911-А1» в хлебницу, рядом с батоном из отрубей с изюмом.

А когда закрыл крышку и повернулся, увидел перед собой незнакомца, с красным, словно обожженным лицом и злыми синими глазами.

Каким образом незваный гость проник в квартиру и так близко подобрался к нему, Рой не имел ни малейшего понятия, но сразу понял, что перед ним имитатор. Незнакомец не был уродлив до отвращения, но красотой не блистал и со столь заурядной внешностью, конечно же, не мог рассчитывать на дружеские отношения с Роем.

Впрочем, злобное лицо имитатора указывало на то, что дружба его не интересовала. Может, Рой ошибся, предположив, что имитатор в первый раз появился в его квартире, восхищаясь достижениями ее хозяина.

Заметил он и хирургические перчатки на руках незваного гостя. Дурной знак.

Осознав, что у него нет возможности повернуться к хлебнице и достать пистолет, Рой уверенно бросился на своего противника, полагаясь на навыки, полученные благодаря четырехлетним занятиям тейквондо.

Хотя имитатор не обладал идеальной фигурой Роя, он оказался быстрым и сильным. Не только смог блокировать удары Роя, но и сумел схватить его за правую руку, вывернуть назад и переломить в запястье, как сухую палку.

Боль потрясла Роя Прибо. Боль он терпеть не умел. Жизнь его миловала, познать, что есть боль, раньше ему не довелось. А тут шок от боли, вызванной переломом руки, до такой степени пережал горло, что вместо крика с губ сорвалось жалкое шипение.

А имитатор, — если б кто сказал об этом Рою, он бы не поверил, что такое возможно, — схватил его за рубашку и за брюки в промежности, поднял над головой, словно весил Рой не больше ребенка, и с размаху опустил на угол кухонного разделочного столика.