— Пойдем играть в мою комнату.

Ангелика немедленно последовала за ней.

Мальчики все разом резко обернулись и посмотрели на Гектора. Сияющие лица, блеск ожидания в глазах. Он едва не рассмеялся. Адам прижимал к себе свой подарок.

— Можно мы в это поиграем?

Гектор кивнул. Радостно завопив, мальчики кинулись в дом.

— Балуешь ты их.

— Заткнись, сестренка. Они же дети.

Айша не обиделась. Гектор знал, она безумно счастлива, что ее брат в Мельбурне и смог к ним приехать. Рави одной рукой обнял Гектора за плечи, и они пошли к жаровне.

Гэри опять спорил, на этот раз с Рисом и Анук.

Манолис чуть подтолкнул локтем Гектора и по-гречески сказал:

— Иди тащи мясо.

— Думаешь, пора?

— Пора. Тот австралиец пьет не переставая с тех пор, как приехал сюда. Ему нужно поесть.

Гэри и впрямь раскраснелся, был возбужден. Заплетающимся языком он засыпал вопросами Анук, осуждающе тыкая пальцем ей в грудь:

— Это все чушь. В жизни семьи совсем другие.

— Это телевидение, Гэри, коммерческое телевидение. — Тон у Анук был одновременно язвительный и раздраженный. — Конечно, в жизни семьи совсем другие.

— И тем не менее ты стряпаешь чепуху, которая оказывает влияние на весь мир! Теперь все думают, что австралийские семьи именно такие, как в твоем сериале. Неужели тебе не хочется написать что-нибудь приличное?

— Хочется. Поэтому я и пишу сценарий для сериала. Чтобы заработать деньги, которые дают мне возможность писать то, что я хочу.

— И много написала?

— Пока сорок тысяч слов.

— Заткнись, Рис, — осадила своего дружка Анук.

— Почему? Это правда. — Рис повернулся к Гектору. — Сама мне утром сказала. Что у нее написано сорок тысяч слов романа, над которым она работает.

Гэри покачал головой и скорбным взглядом уставился в свое пиво:

— Не понимаю, как можно писать такую чушь.

— Очень просто. И ты мог бы такое написать.

— А я не хочу. Не хочу быть частью паршивой индустрии, занимающейся промывкой мозгов.

Гарри подмигнул Анук:

— А мне нравится твой сериал.

— И что же тебе в нем нравится?

Гарри проигнорировал Гэри.

— Что тебе в нем нравится? — Гэри повысил голос.

Вот зануда. Теперь понятно, в кого пошел Хьюго. Гектор перехватил взгляд двоюродного брата. Тот подмигнул ему.

— Да просто приятная штука. Порой это то, что тебе надо — полчаса хорошей ненавязчивой развлекухи. Посмотрел и забыл.

Сэнди взяла мужа под руку. Она улыбалась Рису. Тот улыбнулся ей в ответ.

— И мне кажется, вы там хорошо играете, — добавила она смущенно.

Гектор подавил в себе смех. Он глянул в ту сторону, где остальные сидели на садовых стульях, прислушиваясь к спору. Деджан поймал его взгляд, Гектор шутливо поморщился. «Мне кажется, вы там хорошо играете», — одними губами язвительно проартикулировал Дедж. Гектор, искренне симпатизировавший жене двоюродного брата, не отреагировал на шутовскую выходку друга. Он повернулся спиной к сидевшим и тепло улыбнулся Сэнди. Стройная, длинноногая, она была почти так же высока, как ее муж. Сочетание модельной внешности и вульгарного стиля, свойственного женщинам из рабочей среды — крашеные волосы, прическа с начесом, длинные крашеные ногти, слишком яркий макияж, — все это создавало впечатление, что она бимбо. Но то было неверное представление. Пусть Сэнди университетов не кончала, но она была умна, сердечна и преданна своей семье. Гарри чертовски повезло с женой. Сэнди до сих пор несколько дней в неделю работала в конторе на одной из станций техобслуживания, принадлежавших Гарри. Хотя могла бы не работать: Гарри купался в деньгах, постоянно находясь на гребне волны нескончаемого экономического бума. Что и говорить, счастливчик его двоюродный брат.

Внезапно Гектора охватило волнение, будто электрический разряд пронзил все его существо от кончиков пальцев на ногах до кончиков волос. Его взгляд метнулся к калитке, отделявшей задний двор от подъездной аллеи. Где она? Почему до сих пор не приехала?

— Чем же тебе нравится его игра? — не унимался Гэри, словно пес, вцепившийся в кость. Он в упор смотрел на Сэнди. Та покраснела под его яростным взглядом, не зная, как реагировать на его вопрос: может, он насмехается над ней? По мнению Гектора, Гэри, скорее всего, был искренен. Тот был не из их среды, поэтому Гектор старался держаться от него на расстоянии и всегда избегал любых конфликтов с ним. С Гэри он никогда не вел светских бесед, не допускал фривольности в разговоре с ним, ибо в вопросах Гэри, даже самых невинных и безобидных, ему всегда чудилась скрытая угроза. Гэри с недоверием относился к их кругу, это было очевидно.

Сэнди от растерянности утратила дар речи. Гектор положил руку ей на плечо, и она вдруг вскинула голову, игнорируя Гэри, посмотрела на Риса:

— На мой взгляд, вы замечательно сыграли в прошлогодних сериях, в тех, где вас ошибочно арестовали, обвинив в убийстве Сиобана. — В ее улыбке теперь сквозило кокетство. — Я сама даже почти поверила, что это вы его убили.

Боже Всемогущий. Неужели она и в самом деле смотрит эту фигню?

Гэри кивал, будто осмысливая ее слова. Потом повернулся к актеру, смерил его взглядом, обратив внимание и на его непарадную, но дорогую ковбойскую рубашку из хлопчатобумажной ткани отменной выделки, и на его черные джинсы, и на пряжку ремня с эмблемой в виде флага конфедератов.

— Застрелил человека в Вермонте, да? Просто чтоб посмотреть, как тот умирает?

Гектор не выдержал и громко расхохотался. Он был уверен, что Анук возмущена, но оценила прикол и пытается подавить предательскую улыбку. Гэри был мерзавец, но мерзавец умный. Гектор видел лишь отдельные эпизоды этой «мыльной оперы», всегда краем глаза, если телевизор зачем-то был включен во время показа очередной серии, но ему хватило и нескольких фрагментов, чтобы понять, что Рис никогда не достигнет высот в актерском мастерстве. Он был второсортным Хоакином Фениксом [23] в роли Джонни Кэша [24] . Ему бы рекламировать туристические агентства или фирмы, предлагающие услуги по ремонту домов, — на большее он не способен. Ха, и впрямь вермонтец, с Вермонтом Гэри попал в самую точку. От молодого актера за версту несло частными школами, питательными завтраками поры детства и юности и роскошью восточных пригородов.