А потом она опять расплакалась.

— Ты вот меня обнимаешь… целуешь… а я… я знаешь чего хотела с тобой сделать?! — воскликнула она.

— Сделать со мной? — удивился Карвен. И легко, на одной руке, поднял девушку над собой: — Да что со мной можно сделать?

— Ты спросил, что в том флаконе было? Так я тебе отвечу! Там был «чертов корень». Знаешь, небось, что это?

Карвен от неожиданности опустил девушку себе на грудь и с изумлением уставился прямо ей в глаза.

— Айнир, зачем? — потрясение спросил он.

— А то не знаешь!

— Ты… ты боялась, что я откажу тебе?! — внезапно дошло до него. — Я?! Тебе?! Откажу?!

— Боялась, — кивнула она. — Я и сейчас… боюсь. Что ты… только из жалости… что на самом — то деле…

— Да ты с ума сошла! — выдохнул он. — Как тебе подобная глупость в голову — то пришла?! Это я боялся, что ты меня пригласила, чтоб посмеяться, но ты… ты… Ты хоть знаешь, что я — сын кузнеца, внук кузнеца и правнук кузнеца? Что я не только не господин, но даже и не уважаемый?

Она вздрогнула. Приподнялась на его груди. И замерла, глядя на него.

— Что ж, так мне и надо за то, что я хотела сделать!

— Но ведь не сделала, — возразил он. — Вместо этого ты подарила мне самую прекрасную ночь, какая у меня только была.

— Надо мне самой было эту дрянь выпить, когда ты предлагал. Было бы достойное наказание! — Она словно бы не слышала его.

— Вот еще, не хватало! — фыркнул он. — Откуда ты только эту гадость взяла?

— Господин Лури сказал, что у тебя большое будущее… а потом дал мне эту склянку… и я ее взяла. Так боялась, что ты мне откажешь, а другие меня потом засмеют… я же не знала, что ты простолюдин! Ты ведь никому не сказал!

— А у меня кто — то спрашивал? Я, если хочешь знать, бежать собирался, да только уважаемый Верген меня не пустил. Сказал, что нельзя от дамы бегать! Что тебя засмеют, если я не приду на свидание! Я собирался все честно сказать, когда сюда шел, а когда пришел — ты плачешь, тебе плохо, оно у меня и вовсе из головы вылетело! И я ж тебя просто утешить хотел, успокоить, ничего больше… я же не знал, что так выйдет!

— Ты мне эти… как их… «наставления о кузнечном ремесле» когда рассказывал… я еще подумала, что ты небось из ученых каких… ну, сначала изучал всякое, а потом решил героем сделаться — так ведь бывает, ты ж еще молод, чтоб над одними только книжками корпеть… я и подумать не могла, что ты просто — напросто о своем ремесле рассказываешь… — растерянно проговорила она.

— Прости, — вздохнул он.

Она молча смотрела на него, потом провела ладонью по его груди. Медленно и ласково. И вновь положила голову ему на грудь.

— Значит, Богини хотели этого, — прошептала она. — И ведь господин Лури сказал, что у тебя большое будущее. А он маг. Зря не скажет. Вот только… зачем он хотел, чтобы я дала тебе эту гадость? Неужели ты взлетишь так высоко, что я могла бы подняться выше своего нынешнего положения, когда б за тебя уцепилась? Но разве можно взлететь, будучи опоенным этой дрянью?

— Не знаю, — покачал головой он. — Ничего высокого в себе отродясь не замечал. Разве что рост. Но я благодарен Богиням… и тебе, любимая. Просто благодарен, и все.

— Ты хороший… и сильный… — Она потерлась щекой о его плечо. — Такого сильного мужчины у меня в жизни не было. А ты не говори им, что из кузнецов, ладно? Пусть они считают, что я отхватила себе настоящего героя. Пусть и дальше завидуют.

— Ладно, — шепнул он. — Кто они все такие, чтоб я им о себе рассказывал? Особенно если ты не хочешь.

Объятия вновь стали чем — то большим, и очень скоро красавица убедилась, что между знатными господами и кузнецами тоже нет особой разницы, а если и есть, то она скорее в пользу последних.

Не прошло и десяти вздохов, как она с восторгом шептала своему кавалеру все ласковые слова, которые только могла придумать, и ей не было никакой разницы, кем он был, где родился и как звали его родителей. Просто потому, что это был он…

Наступившее утро взмахнуло волшебной палочкой, превращая вчерашний ужин в завтрак.

— А знаешь, — отрываясь от еды, внезапно сказал Карвен, — судьба недаром руками мага дала тебе эту склянку с зельем. Приворот сработал. Самый лучший приворот — это тот, который не применяют.