Престон Уильям
Шрифт:
А действительно, как?
«Они вырастают в этой среде», — прошептал голос отца. Или Чжень Хо.
Андрей вскинулся и снова погрузился в недра архива.
Прошу прощения за беспокойство, но мне понадобилось проверить одну идею. К сожалению, у меня есть основание считать, что присутствие имевших опыт общения с дашеви может повредить эксперименту. И поскольку меня одного вы вряд ли отпустили бы, мне пришлось покинуть вас без уведомления. Катер вы легко обнаружите по маяку, но меня прошу не искать. Ведь нет необходимости сообщать о моей прогулке, по крайней мере пока не придет следующий челнок, а это случится через месяц. К этому времени я вернусь.
До встречи.
Андрей Шевальда
— Он издевается! — фыркнул Педро. — Пришлось покинуть нас без уведомления! Сопляк! Я ведь говорил, от него будут одни неприятности!
— Мне кажется, — задумчиво проговорила Настя, — стоит довериться Андрею. Дадим ему шанс?
— В конце концов, среди местных он точно не затеряется, — пожала точеным плечиком Ксантиппа. — Если что, мы всегда сумеем его отыскать. А скорее, и искать не придется.
Фрэнк пожевал губами.
— Ну а ты что скажешь, Чжень Хо?
— Время сбора урожая, — улыбнулся китаец. — Ночи теплые, фруктов много, не пропадет. Дашеви — народ цивилизованный, не обидят без причины. Пусть юноша погуляет.
— Что ж, — Фрэнк хлопнул ладонью по столешнице, — пусть так и будет. Если через три недели не вернется, запускаем зонды на поиск.
Но искать действительно не пришлось.
На десятый день после исчезновения Шевальды на комм Фрэнка Росса пришел вызов.
— Шеф! «Палантир-176»! Скорее! — Педро был взбудоражен, он выкрикивал каждое слово. — «176», шеф! Вот ведь каналья!
Око кругового обзора «Палантир-176» висело над небольшим прибрежным городком в полусотне километров от «Ясности». Хе-на-Шувани, вспомнил Фрэнк. Холодные Воды. Впрочем, сейчас ему подошло бы совсем другое название. Скажем, Кипяток.
Городок бурлил. Эпицентром была рыночная площадь. Там и в обычное время хватает народу, но сейчас просто яблоку негде упасть. Дашеви шумели, толкались. Вновь прибывающие стремились пробиться в центр площади. Там, на телеге с сеном стоял не кто иной, как Андрей Олегович Шевальда, студент пятого курса Московского института прикладной семиотики и лингвистики. Трое туземцев в крестьянской одежде пытались удержать напирающую толпу.
— Что он натворил? Педро, вызови всех!
— Уже, шеф! Все уже смотрят.
— Я вижу, Фрэнк. Они что, хотят его убить?! — ужаснулась Настя.
— Не думаю, — голос Ксантиппы был спокоен, но в нем пробивались тревожные нотки. — Посмотрите на них. Они улыбаются.
— Именно, красавица! — Педро едва не пустился в пляс от возбуждения. — Они не хотят его убить. Они хотят с ним общаться, черт его дери! Рвутся перекинуться словцом с пришельцем! Этот поганец нашел-таки общий язык с нашими зеленокожими друзьями!
Шевальда стоял на телеге, как оратор на трибуне. Он что-то говорил, обращаясь то к одному дашеви, то к другому, прислушивался, вылавливая вопросы из гомона толпы, отвечал.
— Что он говорит? Педро, можешь усилить звук?
— Бесполезно, Фрэнк, я пытался. Отдельные голоса вычленить невозможно, все тонет в шуме толпы. Опустить «Палантир» ниже?
— Я бы не стал, — задумчиво проговорил Чжень Хо. — Мало ли как дашеви отреагируют на столь явное наблюдение.
— О'кей, подождем, пока Андрей вернется, — вздохнул Фрэнк. — Продолжать следить за всеми его передвижениями!
Словно почувствовав взгляд сверху, Шевальда поднял лицо к небу и улыбнулся.
Андрей переночевал в Хе-на-Шувани и на следующее утро покинул городок через западные ворота. Эта дорога вела в Сиданг Маури — Сияющую Свежесть — столицу провинции Зеленых Вод. А по совместительству — северной императорской резиденции.
Свиту студента составляла уже пара десятков дашеви, в основном молодые мужчины. Отцы и матери семейств заняты хозяйством, молодые же обалдуи, с одной стороны, уже достаточно взрослые, чтобы за них не волноваться, а с другой — после сбора урожая их вполне можно отпустить на несколько дней.
С каждым пройденным селом или городком свита подрастала и к Сиданг Маури достигла трех сотен. Весть о процессии облетела уже не только всю провинцию — всю империю. В каждом населенном пункте их встречали накрытыми столами и наперебой предлагали ночлег. Мэр лично приветствовал Шевальду и непременно тащил осматривать местные достопримечательности — обычно здание городского управления и храм Всех Святых. Иногда список разнообразился статуей кого-либо из великих императоров.
Неудивительно, что на Дворцовой площади Сиданг Маури Андрея встретил Анг-Шигони лично. И трудно сказать, чья свита была многочисленнее. Шевальда выступил из рядов затихшего сопровождения и медленно прошествовал через площадь. Великий император напряженно ждал. Андрей подошел на сообразную дистанцию и в пояс поклонился. И заговорил.