Да, нам неприятно общаться с ними, нас они грузят куда больше, чем друг друга; мы чувствуем свою чуждость. Но прятаться, забиваться в подвалы, ненавидеть — это путь слабого: того, кто не настолько силен, чтобы суметь целиком противопоставить себя им. Уметь делать то же самое, что делают они, но — лучше, или по крайней мере — не хуже, и при этом быть сатанистом, это — Путь, своего рода отшельничество в миру. И, следуя по нему, мы получаем определённый духовный опыт — опыт борьбы, опыт выживания, опыт становления.

Тема эскапизма для сатаниста — приемлема, но не конструктивна. Проявить себя в социуме — это почти то же самое, что проявить себя в магии. Я имею в виду именно предметную магию: навести порчу на человека — да, это хорошо, но убрать человека из своего жизненного пространства, пользуясь возможностями социума, — ничуть не хуже. Наш плюс должен быть в том, чтобы одинаково владеть и тем, и другим.

В конце концов, стадия nigredo — во всяком случае, у тех, кто заслуживает уважения — рано или поздно проходит. Соответственно, встаёт вопрос — что делать дальше? Провести всю жизнь на одной ненависти — тупик в развитии. Стадия nigredo, на мой личный взгляд, нужна исключительно для осознания себя и ощущения того, что не твое.. Когда ты это осознал — а это всего лишь знание — ты должен строить свой мир, своё бытие, конструктивно — что-то делая и совершая, но уже с учётом этого знания.

Мой стаж в Культе порядка 15 лет, и я могу поделиться своими собственными наблюдениями: когда мы начинали (это сильно отличалось от сидения в интернете, столь теперь популярного), то nigredo было нашим ответом окружающему — мы были молоды, агрессивны и бескомпромиссны, нам было плевать на всё в мире, в том числе и на собственную жизнь. Сейчас итог таков: некоторые умерли, кто-то «отошёл от дел» (случайные люди, по ошибке ступившие на Путь). Те же, кто прошёл через всё это, на данный момент вполне реализовали себя не только в Культе, но и в социуме. Практически все стали хорошими специалистами в разных областях. Каждый выбрал то, что больше ему соответствует, и сейчас мы сотрудники моргов, дизайнеры, полиграфисты, психологи, переводчики и т. п.; нас ценят и уважают окружающие потомки Адама. Практически у каждого есть ученики, у многих — дети, которым уже не надо тратить столько энергии на бессмысленный нонконформизм. Наоборот, наряду с развитием Духа, являющимся безусловным приоритетом, есть возможность конструктивно преобразовывать окружающую действительность, заставляя социум работать на себя.

Как относиться к обычным людям — личное дело каждого сатаниста. Конечно, у сатанистов есть общая точка зрения: никто из нас людей не любит. Но мы живём здесь с этими самыми людьми, и поэтому относиться к ним (по крайней мере внешне) стоит хорошо, так как в конечном итоге именно благодаря им сатанист сыт, обут, одет и имеет крышу над головой. А этот мир устроен так, что жить без этого, в том числе и сатанисту, невозможно.

При этом не надо никем притворяться («белым и пушистым» и т. п.), а надо выстроить отношения таким образом, чтобы люди воспринимали тебя таким, какой ты есть. Это не значит, что надо орать на каждом углу: «Я — тру-сатанист and evil», — надо суметь сделать так, чтобы тебя попросту уважали, вот и всё.

Ну а встречающееся иногда «я тут перед людьми притворяюсь, а как только будет выгодно — всех кину» и так далее… Наш Культ — это всегда честность и честь. Сатанизм — работа на очень высокий и жёсткий эгрегор, в которой никакая ложь, никакой обман — попросту невозможны. Если же некто разделяет себя: типа «перед Сатаной я честен, а людишек наебу», то это значит лишь то, что честь не является его действительным принципом жизни, не является атманической ценностью.

Соответственно, если сатанист целен, то эти принципы он будет нести и в своей повседневной жизни, при взаимодействии с социумом.

Разумеется, если кто-либо из потомков Адама обошёлся с сатанистом нечестно, то он имеет полное право сделать с ним то же самое (и вообще что угодно), но это — не принцип жизни, а принцип выживания.

Сатанист воплощается здесь, на этой Земле; применительно к нашему случаю [русских сатанистов] — в этой стране. Если бы воплощение здесь и сейчас не имело смысла, оно бы не состоялось. Речь здесь идёт, вестимо, о так называемых изначальных сатанистах, тех, кто наделён — здесь и сейчас — определенной миссией. Тёмные боги знают, что делать; причём намного лучше, чем мы. Если они посылают нас сюда, то это происходитзачем-то и для чего-то.

Конечно, социальная реализация не может быть для сатаниста самоцелью; главное — обрести свободу от социума, но практически никто от рождения этим похвастаться не может. Соответственно, остаётся два варианта: либо быть аутичным закомплексованным маргиналом-опущенцем, либо завоевать эту свободу путём интенсивного взаимодействия с окружающей действительностью. Такой выбор — личное дело каждого, но для нашего Культа в целом намного полезнее, если члены его будут образованы, хорошо интегрированы в различных социальных областях, не будут иметь жилищных, материальных и прочих общечеловеческих проблем. В этом случае вопросы из серии «а что делать с социумом?» вообще не будут возникать, вместо этого появятся новые обширные возможности преобразования мира во славу Тёмных Богов, и социум вполне может быть одним из наших инструментов.

Дополнение по теме

В современном мире крайне быстрым темпом развивается синтез компьютерных и био- технологий. Не за горами появление организмов, сочетающих в себе живое и неживое, плоть и механику — на зависть некромантам древности. При сохранении данного вектора развития все религии, в отличие от сатанизма, так или иначе останутся за бортом. Они создавались совершенно для других обществ, и в роботизированной технократии нежизнеспособны. То же создание гибрида человека и машины для белосветников — кощунство по определению. А для нас — практическое внедрение принципов Некромантии.