Так что здесь профанация выявляется просто: если некто заявляет что-то типа "мне незачем что-то делать, чтобы иметь право называть себя сатанистом" — ну, вы поняли… Впрочем, заявлять и не обязательно — достаточно не творить.

Согласен, что позиция идиотская, но считаю нужным её упомянуть — бывает и такое. Кратко излагая: "Сатана — владыка мира, а я тогда — сатанист, так как хочу к этому примазаться". Понятно, что тезис я изложил "в лоб", но — отнюдь не утрируя. Приходилось читать подобное вплоть до "РПЦ сейчас в России рулит, значит, они — сатанисты".

С психологической точки зрения — всё яснее некуда. Ничтожество — пусть бессознательно — чувствует своё место, и пытается поднять свой статус принадлежностью к имеющему могущество.

Старый детский анекдот. Заходит заяц в ресторан:

— Кто тут на меня? — все молчат.

— Ну кто, трусы?

Встаёт лев:

— Ну, я…

— Тебя как зовут?

— Лёва…

— Кто тут на нас с Лёвой?!

Важно: самим фактом примазывания это ничтожество в чём-то пытается опустить имеющего могущество к собственному уровню, так как ничтожество в принципе не в состоянии подняться ни на пядь выше текущего состояния. Во многом исходя из этого и пишется эта работа — нужно стряхивать подмазывающихся ничтожеств. Дабы они самим фактом своего присутствия не тянули сатанизм назад, к чел-овеческому…

Встречается и такая точка зрения… Типа "все — сатанисты, только этого не осознали". Некоторые заявляли такое даже про животных. Сюда же относятся тезисы типа "каждый, называющий себя сатанистом, является таковым, если не доказано обратное".

С оккультной точки зрения бредовость ясна: сатанист — это демон/бес в теле человека, а вовсе не любой хуман.

C гносеологической: если Х — свойство любого объекта, то Х — бессмысленно для выделения конкретного подмножества объектов из этого множества, так как не описывает ничего, что позволило бы как-либо классифицировать объекты, в данном случае — выделить сатанистов из общей массы.

С психологической: здесь дело не только в том, что нет восприятия архетипа Сатаны, но и в стремлении несмотря ни на что называть себя сатанистом. Так как определиться с тем, что является сатанизмом, не-сатанисту попросту невозможно, деятели такого рода не в состоянии дать сколь-либо приемлемое определение сатанизму; вот поэтому и делается такое заявление — мол, все сатанисты, включая жвачных млекопитающих, так что и определений никаких не надо, и сатанизм изучать не надо, и о развитии никакой речи не идёт — посмотрите на пасущиеся стада и успокойтесь…

Иногда встречается мнение, что сатанизм — это нечто временное, этап развития, который можно «перерасти». Замечу, что профанирование такого рода не обязательно направлено на себя: возможен вариант, когда мнение направлено на другого — мол, «перебесится». Понятно, что в этом случае говорить о восприятии Сатаны не приходится — имярек воспринимает лишь отдельные атрибуты, а сатанизм понимается как нечто внешнее.

О том же, кто заявляет, что он, дескать, был сатанистом, а потом перестал — и говорить не стоит, понятно, что сатанистом такой индивид никогда и не был. Аналогично: тот, кто заявляет, что сатанизм можно «перерасти» — никогда сатанистом не будет.

Сатанизм не приемлет ни предательства, ни отступничества, ни даже успокоенности; Легионы Ада — если не в сражении — всегда на марше.

Типичное стремление чел-овеков воспринимать часть как целое. Да, сатанисты — это разумные эгоисты; но это же не значит, что все разумные эгоисты — сатанисты! Каждая селёдка — рыба, но не каждая рыба — селёдка. Разумных достаточно и среди людей.

Опять же здесь есть мотив «примазаться». Вычленяется "главное свойство" и заявляется соответствие ему, т. е. отдельному свойству, а не системе в целом. Профанация, так сказать, в первозданном виде — стремление свести сатанизм к человеческому.

Речь идёт не о каких-то там "тонких мирах", "жизни после смерти" и прочем. Всё проще: у любой личности, не только сатаниста, есть то, что ценнее физиологического существования.