— Ладно, я тебя понял. Сколько машин за вами следует?

Некоторое время Дом молчал, потом сказал:

— Было две, но сейчас я их что-то не вижу. Что ж, надо соблюдать правила дорожного движения и вовремя подавать звуковые сигналы. Некоторым людям кажется, что они их соблюдают, но если разобраться…

— На какой ты сейчас машине?

— Да взял первую попавшуюся, с каким-то сопляком за рулем…

Тут я услышал грубый мужской голос: «Это кто тут сопляк? Может, сам хочешь баранку покрутить?»

В трубке послышалась перебранка между тремя полицейскими, виртуозно владевшими ненормативной лексикой, и я представил себе, как Кейт закатила глаза.

— Я увижу, как вы подъедете, — сказал я и еще раз назвал Дому номер комнаты, добавив: — Скажи Кейт, чтобы она отключила мобильник и пейджер.

— Понял. Ну, до скорого, партнер.

— Еще раз спасибо, партнер, — сказал я и повесил трубку.

Подошла Джилл и крепко меня обняла.

— Должно быть, вы испытываете сейчас огромное облегчение.

Я тоже дружески ее обнял и ответил:

— Скажем так, одной заботой стало меньше.

Она взяла меня за руку, посмотрела мне в глаза и сказала:

— Я догадываюсь, что могло произойти, если бы в аэропорту возникли осложнения.

Я промолчал.

— Я пойду к себе, чтобы вы с женой могли встретиться без свидетелей.

— Нет. Останьтесь. Я хочу, чтобы вы познакомились с Домом Фанелли.

— Я познакомлюсь с ним чуть позже. А вам сейчас лучше выпить одну порцию виски. — С этими словами она ушла в свою спальню.

Я несколько секунд изучал содержимое бара, потом плеснул себе немного шотландского виски и со стаканом в руке подошел к окну.

Небо над городом было обложено облаками, но синоптики обещали значительное улучшение погоды к завтрашнему дню.

Подумать только, сказал я себе, чем обернулось незначительное, казалось бы, событие — поездка на мемориальную службу, куда я отправился, просто чтобы составить компанию Кейт.

Она уже тогда догадывалась, к чему это может привести, но я, честно говоря, не имел об этом никакого представления. Ну почти никакого.

Что же касается Джилл Уинслоу и Бада Митчелла, то они являли собой классический пример людей, оказавшихся в неудачное время в неудачном месте.

Но так уж случилось, что теперь, пять лет спустя, дороги всех, кто имел отношение к этому делу, пересеклись, и они должны были встретиться завтра утром в «Уорлд-баре» Всемирного торгового центра.

В дверь позвонили. Я посмотрел в глазок и увидел Кейт, которая, как мне показалось, была напряжена как стальная пружина. Но когда я распахнул дверь, на ее лице появилась радостная улыбка. Она швырнула свою дорожную сумку на пол прихожей и бросилась мне на шею. Мы целовались, обнимались и говорили друг другу всякие милые глупости. Потом я подхватил ее на руки и понес в гостиную.

Кейт окинула комнату взглядом и спросила:

— Ты что — выиграл в лотерею, пока меня не было?

— В определенном смысле.

Мы опустились на диван, продолжая обниматься и целоваться. Хорошо все-таки, что Джилл Уинслоу была в это время в своей комнате.

Через несколько минут кувыркания на диване я снова принял вертикальное положение и сказал:

— Тебе надо что-нибудь выпить.

— Нет. Я хочу заняться с тобой любовью. Здесь и сейчас. Помнишь, как это было в первый раз, на моей кушетке? — С этими словами она начала расстегивать на себе блузку.

— Погоди… В этом номере мы не одни.

Она подняла голову, огляделась и спросила:

— И кто здесь еще?

— Здесь две спальни. Вот эта дверь ведет в мою. А вон та — в спальню еще одного человека.

— Ах вот как… — произнесла она, также принимая вертикальное положение и застегивая блузку. — И чья же это спальня?

— Давай лучше выпьем, — подойдя к бару, сказал я, не ответив на ее вопрос. — Водка, как всегда?

— Да. Джон, скажи, что происходит? Почему ты здесь?

— Тоник?

— Да. — Кейт поднялась с места и тоже подошла к бару.

Я протянул ей бокал с коктейлем, взял свой, мы чокнулись, и я сказал:

— Добро пожаловать домой.

Мы выпили, после чего Кейт снова обвела глазами гостиную.

— А в той спальне сейчас кто-нибудь есть?

— Да. Тебе, по-моему, лучше присесть.

— Я постою, — сказала она. — Так что же все-таки происходит? И из-за чего вся эта заваруха в аэропорту?