Его голос прозвучал неожиданно резко:

— Не говорите мне, что у вас тоже честолюбивые помыслы!

— Назовем их грезами.

У крыльца Сара соскользнула с коня. Она едва держалась на ногах от усталости.

Вновь раздался резкий голос Блейна:

— В чем дело, Сара? У вас есть какие-то права на это место?

Прежде чем Сара успела ответить, распахнулась входная дверь, и на пороге появилась леди Мальвина, слегка покачиваясь и протягивая руки.

— Блейн, ты привез его? Где мой внук?

— Он здесь, мама. У Соумса. Он цел и невредим.

— О, слава Создателю! Слава Создателю. Амброс и я, мы услышали топот лошадей.

— Амброс! — воскликнула Сара.

Еще до того, как она увидела знакомую стройную фигуру Амброса, Сара почувствовала на себе пытливый взгляд Блейна. Лицо его сделалось жестким и недоверчивым.

Амброс быстро выступил вперед, чтобы приветствовать ее. Он явно больше не намеревался скрывать их взаимное знакомство.

— Дорогая Сара! — проговорил он, нежно целуя ей руку.

— Вы оба, кажется, старые друзья, — заметил с деланным равнодушием Блейн. — Или, быть может, больше чем просто друзья?

— Мисс Милдмей! О чем мне рассказывал здесь Амброс? — вмешалась леди Мальвина. Как долго вы знакомы друг с другом?

— Сара — моя невеста, — ответил за девушку Амброс.

Сара отняла руку.

— Поговорим позже. Сейчас нужно уложить Тайтуса в кровать. К счастью, он почти все время спал. Он ничего не знает.

— Не знает — чего? — в глазах леди Мальвины мелькнул неприкрытый страх. — Сперва Амброс замучил меня вопросами, а теперь вы произносите какие-то странные слова. Где Амалия?

— Лорд Маллоу все скажет вам, леди Мальвина.

Сара пошла, чтобы забрать Тайтуса у Соумса и при этом заметила выражение торжества в глазах конюха. Он смотрел на Амброса с вызовом и враждебно. Значит, и ему не хотелось иметь Амброса своим господином. Неприязнь была взаимной.

— Блейн, что случилось? — продолжала настаивать леди Мальвина.

— С Амалией произошел несчастный случай, мама.

Мрачный тон насторожил ее.

— Умерла?

— Да.

Леди Мальвина схватилась рукой за горло.

— Как это случилось? Можешь мне рассказать?

— Не сейчас, мама. Результат временного помутнения сознания.

— Это не временное помутнение — убежать с Тайтусом. Мне кажется, она по-настоящему свихнулась. Тайтус, слава Богу, живой. Блейн, мой бедный мальчик! Ты выглядишь совершенно измученным.

— Я в полном порядке, мама. Быть может, поговорим обо всем подробно утром?

— Нет, — вмешался Амброс. — Необходимо поговорить сейчас же. Вы не можете делать подобные экстраординарные заявления, не объясняя их. Что случилось с Амалией? Откуда у нее внезапное помутнение сознания? Сара, передай ребенка Бетси. Она вполне в состоянии уложить его в кровать без посторонней помощи.

Сара послушно передала Тайтуса старой служанке. Мальчик впервые пошевелился и с трудом открыл глаза.

— Бабушка? — пробормотал он и опять уснул.

— Голубчик ты мой, — произнесла тронутая до слез леди Мальвина. — А теперь пойдемте в библиотеку, чтобы раз и навсегда покончить с этим. Но Амброс, я прошу вас проявлять известную деликатность, если, конечно, вы на такое способны. Помните, Блейн только что потерял свою жену.

— Если она была его жена.

— О, я знаю. У вас есть занятные истории относительно Саманты и могильной плиты и тому подобного, но мы не можем верить в подобные россказни, особенно в такой поздний час.

— Сара должна знать правду, — заметил Амброс многозначительно. — Ты уже, разумеется, сообразила, что к чему, моя дорогая? Скажи мне, какое у тебя сложилось мнение. Этот человек действительно Блейн Маллоу? Была Амалия его женой? В самом деле, мальчик, которого унесли наверх, его сын? Тебе больше не нужно бояться; говори, что тебе известно. Я сумею защитить тебя. Мы ведь просто боремся за восстановление наших законных прав.

Блейн пока не произнес ни слова. Он стоял, небрежно прислонившись к облицовке камина, устремив горящие глаза на Сару. Она не могла понять выражения его лица. Девушка смотрела то на него, то на Амброса, и с удивлением вспоминала то время, когда ей казалось, что она любит Амброса. Он был красив, изящен, прекрасно воспитан, уверен в себе и олицетворял собой тот образ жизни, который она когда-то считала идеальным.

Но она не разглядела, какой он бесстрастный и холодный человек. А его глаза! Они как льдистая вода в зимнем озере!