— Когда твоя любовь развеется скорбным облачком пепла, это случится навсегда. Видишь, на этот раз все иначе.

Мальчик просиял улыбкой, и Люс показалось, что Дэниел содрогнулся.

— Разве что одно осталось прежним — и я питаю слабость к твоей предсказуемости, Григори.

Он шагнул вперед. Легионы теней двинулись следом, отчего Люс, Дэниел, Пенн и мисс София разом отшатнулись.

— Ты боишься, — заключил Кэм, эффектным жестом указывая на Дэниела. — А я нет.

— Это потому, что тебе нечего терять, — выплюнул тот. — Я ни за что не поменялся бы с тобой местами.

— Хмм, — протянул мальчик, легонько постукивая себя пальцем по подбородку. — Это мы еще посмотрим.

Ухмыляясь, он огляделся вокруг.

— Мне что, повторить по слогам? Пожалуй. На этот раз ты рискуешь кое-чем позначительнее. Так что ее уничтожение может оказаться намного более приятным.

— О чем ты? — спросил Дэниел.

Слева от Люс мисс София открыла рот и издала последовательность совершенно диких звуков. Она отчаянно размахивала руками в подобии танца, а ее глаза казались пустыми, как будто она погрузилась в транс. Ее губы подергивались, и Люс потрясенно осознала, что женщина говорит на неведомом языке, как это случается с верующими в религиозном экстазе.

Дэниел взял мисс Софию за руку и пожал ее.

— Нет, вы совершенно правы. Это не имеет смысла, — прошептал он.

Он явно понял ее причудливую речь.

— Ты знаешь, что она говорит? — спросила Люс.

— Позволь нам перевести, — выкрикнул знакомый голос с крыши мавзолея.

Арриана. А рядом с ней — Гэбби. Обеих окутывало непонятное серебристое сияние, словно что-то светило им из-за спины. Они спрыгнули с усыпальницы, беззвучно приземлившись рядом с Люс.

— Кэм прав, Дэниел, — быстро проговорила Гэбби. — На этот раз есть отличия… и они касаются Люс. Круг может быть разорван — и не так, как мы хотим. То есть… не исключено, что все закончится.

— Кто-нибудь, объясните мне, о чем речь, — вмешалась Люс — Какие отличия? Как разорван? И в любом случае, что стоит на кону?

Дэниел, Арриана и Гэбби разом уставились на нее, словно впервые увидели — как если бы она была им знакома, но столь разительно изменилась, что они перестали узнавать ее.

— На кону? — переспросила, наконец Арриана и потерла шрам на шее — Если они победят — на земле воцарится ад. Конец света, по распространенному представлению.

Темные фигуры скрежетали вокруг Кэма, борясь, и кусая друг друга в тошнотворной зловещей разминке.

— А если победим мы? — с трудом выговорила Люс.

— Пока не знаем, — сглотнув, мрачно сообщила Гэбби.

Внезапно Дэниел отшатнулся от девочки и указал на нее.

— Она н-не была… — запинаясь и прикрывая ладонью рот, пробормотал он. — Поцелуй, — наконец сказал Дэниел, шагнув вперед и взяв ее за руку — Книга. Вот почему ты можешь…

— Переходи к части «Б», Дэниел, — посоветовала Арриана. — Думай быстрее. Терпение суть добродетель, а ты знаешь, как Кэм относится к добродетелям.

Дэниел стиснул руку Люс.

— Ты должна уйти. Ты должна выбраться отсюда.

— Что? Почему?

В поисках поддержки она оглянулась на Арриану с Гэбби и тут же отпрянула, когда множество серебряных искорок хлынуло с крыши мавзолея — словно бесконечный поток светлячков, выпущенных из огромной банки. Они дождем осыпали двух девочек, и их глаза засияли. Это напомнило Люс фейерверк — и День независимости, когда свет был точь-в-точь таким же и она смотрела в глаза матери и видела там, словно в зеркале, отражение салюта.

Вот только сейчас огоньки не улетучивались, как фейерверк. Касаясь кладбищенской травы, они расцветали изящными переливчато-радужными существами. Их очертания не повторяли в точности человеческие фигуры, но казались смутно узнаваемыми. Великолепные сияющие лучи света. Создания настолько восхитительные, что Люс мгновенно угадала в них ангельское войско, равное по мощи и численности могучей черной силе позади Кэма. Так выглядела истинная красота и добродетель — светящееся призрачное собрание существ, настолько чистых, что на них было больно смотреть, словно на сами небеса. Девочку утешало то, что она на их стороне — стороне, которая не может не одержать победу. Однако ей сделалось нехорошо.

Дэниел прижал к ее щеке тыльную сторону ладони.

— Ее лихорадит.

Гэбби потрепала Люс по руке и просияла.

— Все в порядке, лапушка, — сказала она, отводя руку Дэниела.

Ее тягучий выговор почему-то успокоил девочку.

— Теперь этим займемся мы. Но тебе нужно уйти.

Она оглянулась через плечо на темную орду за спиной Кэма.

— Сейчас же.

Дэниел притянул Люс к себе в прощальном объятии.

— Я ее заберу, — громко сообщила мисс София.

Она по-прежнему держала под мышкой книгу.