– Привет, Картограф, - сказал Андрей, вставая.

Вместо ответа хозяин приоткрыл внутреннюю дверь, поглядел на табурет, на гостя, постучал себя указательным пальцем по лбу и скрылся в церкви.

Жест был неожиданным - слишком уж человеческим. Нет, Картограф и был человеком, но в той же мере, в какой являлся и созданием Зоны - нечто вроде легендарного Доктора. А тут… слишком обыденно он выглядел, невзирая на косички и всю эту мелкую рухлядь, которую прицепил к ним.

Из церкви уже доносились звяканье, быстрые шаги. Хмурясь, Андрей направился вслед за хозяином.

В зале он Картографа не увидел; дверь в стене за столом была открыта - звуки доносились оттуда. Поглаживая ноющий подбородок, Химик заглянул в проем. Хозяин пузыря стоял спиной к нему возле большого устройства, занимающего треть стены; тускло поблескивали металлические и пластиковые поверхности, медленно крутились прозрачные бобины с магнитной пленкой, еще там были какие-то рычажки, кнопки, датчики… От верхней части в широкое отверстие на потолке тянулся провод - Андрей решил, что он идет к антенне на куполе, - ниже были решетки динамиков, а в центре красовался большой выпуклый экран, напоминающий лучевой кинескоп, снятый с допотопного телевизора. По нему бежали полосы, из динамиков доносилось шипение и писк.

Возле устройства стоял большой стол, заваленный радиодеталями, рулонами ватмана, листами плотной бумаги и кальки - все это было покрыто нарисованными от руки картами. Там же лежали разноцветные карандаши, фломастеры, линейки, треугольники разных размеров, лекала и циркули.

Картограф сел на один из двух стульев и принялся крутить верньер настройки. Шипение стало громче, а потом сквозь него донесся испуганный голос: «Первый, первый! Атака на северо-западе, возле второго блокпоста! Зомби под управлением мощного контролера. Необходима срочная помощь! Ты слышишь, первый? Прием!» - Картограф продолжал крутить настройку, и голос уплыл, сделавшись тише, потом совсем смолк. Некоторое время слышны были лишь помехи, после чего заговорил другой человек, на английском.

– И что интересно, иногда слышатся голоса на совсем незнакомых языках, - произнес Картограф задумчиво.
– Таких, которых на Земле и нет.

Химик решил, что выглядит глупо, переминаясь с ноги на ногу в дверном проеме за спиной хозяина, шагнул вперед и сел верхом на соседний стул. Картограф покосился на него и, кажется, тут же потерял интерес к гостю - принялся двигать рукоятками, нажимать на кнопки, меняя частоты, увеличивая или уменьшая громкость в зависимости от интенсивности шума.

«Монолитовцы откуда взялись?!
– проорал вдруг голос Бегуна, и Химик подался вперед, скрипнув стулом.
– Микаян, прием! Ты слышишь?! Монолитовцы! Их же не было здесь никогда…»

Он смолк, мгновение тишины - и заговорил другой голос, спокойный, рассудительный, но заметно растерянный.

«Росток исчез, - произнес он.
– Я не могу объяснить это вам, но весь район пропал. Говорят, не стало также территории, где находится "Сто рентген". Что?
– Пауза, собеседника слышно не было.
– Нет, конечно, никакая не черная дыра в земле, что за глупости вам там рассказывают? Просто это место заняла какая-то другая территория, незнакомая. Возможно, переместившаяся туда с северной окраины Зоны. Я слушаю… А! В том-то и дело, дорогой мой, почти никаких разрушений. То есть они, конечно, есть, но… Серия легких землетрясений, несколько трещин… Еще, говорят, на севере видели большой провал. Подобный катаклизм должен был бы сопровождаться небывалой катастрофой, своеобразным коллапсом всей территории. Однако же - ничего такого. Будто кто-то встряхнул калейдоскоп, участки перемешались, часть исчезла, возможно, появилось что-то новое - и…»

– Все насмарку, - Картограф покачал головой. Голос в динамике смолк, когда он щелкнул тумблером.
– Вся работа, все карты теперь никуда не годятся.

– Почему не годятся?
– спросил Андрей.

Черные косички качнулись, лицо с бородкой повернулось к нему. Глаза у Картографа были очень странные - бездонные, с едва различимыми светлыми зрачками, края которых почти сливались с белком. Казалось, эти глаза видели много такого, чего не видел ни один человек в мире.

– Все перемешалось.

– После последнего выброса?

– Да, да, да!
– Картограф встал и широким движением руки смахнул со стола большинство карт.
– Теперь - все заново. Заново!

И вдруг Андрей понял: Картограф не огорчен. Во всяком случае - не очень-то огорчен, возможно, в душе даже рад. Ему нравилось бродить по закоулкам пространства, выискивая странные, необычные пути, пузыри, карманы, прорехи в реальности - кротовьи норы, соединяющие различные участки земной поверхности. Быть может, за долгие годы он изучил все или почти все? Возможно, не только пузыри, расположенные в границах Зоны, но и другие - какие-нибудь протяженные пространственные мосты, ведущие к Бермудскому треугольнику, к месту падения Тунгусского метеорита, в иные необычные места. И теперь он рад, что сверхвыброс смешал все это, образовал новые складки пространства, дыры в ткани реальности и переместил старые, то есть вновь создал… создал неизведанное.

Карманные часы, висящие на косе возле левого плеча, звякнули. Хозяин взял их, откинув крышечку, поглядел на циферблат.

– Из-за чего произошел этот выброс?
– спросил Химик.
– Почему он был таким необычным?

Не глядя на него, Картограф пожал плечами.

– Не мое дело. Осознание решило добить Чистое Небо…

– Что?

– Чистое Небо давно исчезло, очень давно. Хотя три человека остались. Они скрывались, прятались… Теперь, наверно, решили закончить старое дело. Вас наняли, да? Вы двое, вы уже попадались мне? Твое лицо помню.