– Продолжим, – предложил я и закинул пистолет на холодильник, подальше от нервной Айрин. – Айрин, сделаем передышку. Эл, давай пообщаемся с тобой. Итак, ты заявился к Айрин поздней ночью.

– Она была голая? – не дал сбить себя с мысли Мик.

– Почти нет, – отбуркнулся Эл. – Я следил за ней почти сутки, думал, как подойти лучше, ведь я знал, что она плохо отреагирует… Но ночью я увидел Пляску Теней и понял, что мешкать больше нельзя. Я и так слишком рисковал… мне повезло, что я одолел их.

– Почти нет… – протянул фон раздумчиво и погрузился в осмысление такого явления.

– Чтобы не возвращаться – кто такие Тени?

Эл скептически осмотрел нас с Миком, явно изобретая ответ по нашим умственным способностям.

– Лучше говори как есть, – посоветовала Айрин. – Микки не так туп, как выглядит.

Это сильно. И – Микки? Как того, с хвостом и ушами? Я начал улыбаться. Однако фон изменился в лице к худшему и процедил что-то нелицеприятное. На всякий случай улыбаться я перестал. Иногда он слишком болезненно реагирует на самые простые фонетические опыты.

– Есть мир, – Эл пошевелил пальцами, оглядываясь в поисках наглядного примера, но ничего подходящего не нашел. Мой вам совет – всегда держите на кухне что-нибудь вроде модели мира. А то могут быть сложности в восприятии. – Этот мир. Есть и другой мир, и не один. На этом же самом, но в то же время в другом месте. Понимаете? Можно быть в одном или другом, но в двух сразу нельзя, ибо они различны, а между ними – прослойка.

Мик не возразил. А я вообще никогда не возражаю идейным. Себе дороже выходит. В лучшем случае, просто затопчут, а то еще попадешь в анналы истории как записной ретроград. Доказывай потом, что в начале двадцать первого века мысль о прослойке между мирами воспринималась как попытка крошения лапши на уши.

– Эта прослойка и есть то, что я назвал для простоты Адом. Это как бы отстойник, коллектор между мирами, разделитель и перемычка. Из одного мира в другой можно пройти только через этот Ад.

– А почему он Ад-то? – осведомилась Айрин нервно.

– Это просто термин. Он подходит под описание Ада в ваших религиозных трактатах. И неспроста. Само представление об Аде в вашем мире было сформировано людьми, которые побывали в том, истинном Аду…

– Там, что ли, грешников жарят на сковородках?

Эл поворотил к Айрин бесстрастную физиономию, одарив нас с Миком зрелищем чеканного и какого-то неживого профиля.

– Не везде… и не только, – сообщил он ровным голосом. – Там есть немало вещей и пострашнее.

Айрин всхлипнула и решительно опустошила кофейную чашку.

– Так вот Тени… Вернее, надо использовать термин «Пляска Теней» – это магический ритуал, который можно провести в Аду. Некоторое количество исполнителей собираются в должной точке Ада, соответствующей нужной точке одного из миров, и совершают его. При этом они как бы истончают пленку между миром и Адом, вдавливаются сквозь нее в мир, проникают все глубже, обволакивают жертву, и, в конце концов, она погружается сквозь пленку преграды в Ад, к Пляшущим. Что и произошло бы с мисс Ким, если бы я не нарушил Пляску. Кровь, которую она видела, принадлежала Пляшущим. Мой меч ранит их даже сквозь пленку, но они все равно могли победить… Но они испугались – ведь я мог порвать пленку, тогда они вывалились бы в этот мир, и не факт, что нашли бы обратный путь.

Во врет, во врет! Век бы слушал. Чего там Айрин про плохое кино болтала? Отличное кино, только попкорна не хватает. Последние чипсы и те доела, заезжая психопатка.

– А сам-то ты кто? – уточнил я, пока не заслушался вконец и не забыл про сей важный вопрос. – Какие у тебя основания мешать пляскам? У нас тут, знаешь, такие танцы бывают – ни встать ни сесть.

– Я Хранитель, – скромно отрекомендовался Эл.

– Чего хранитель? Адского гарема?

– Гарема? Нет. Я Хранитель, и этим сказано все. Моя судьба – во веки веков не позволять жителям Ада мешать жителям миров.

– А они часто мешают?

– Не очень. Иногда. Вот как сейчас. – Эл качнул головой в сторону Айрин. – Вообще же жители Ада даже сотрудничают с людьми миров. Правда, обычно они выбирают себе партнеров не самого высокого круга, не обремененных моралью и предрассудками, и ведут с ними некрупный частный бизнес. Из Ада в миры идет то, что там есть в изобилии, – психоделические препараты, знания из запретных или просто не развитых еще в мире наук, то, что высоко ценится – например, в вашем мире это некоторые металлы и минералы. Миры же поставляют в Ад многое, чего там не производится. Из этого мира – в первую очередь это ваше огнестрельное оружие.

– Так черти вооружены «калашами»? – возрадовался Мик.

– Черти – с рогами и копытами? – уточнил Эл. – Нет, что вы, мистер Микки. Это животные или что-то вроде. Им никто не дает оружия. В Аду, или, если это слово оскорбляет ваш слух, в Отстойнике, немало и других обитателей, в том числе достаточно развитых, чтобы суметь пользоваться вашими достижениями.

Ишь, пошли технические подробности. Не умеют мыслить последовательно, олухи. Я и сам-то вовсе не по этой части, но я хотя бы стараюсь не сбиться и не дать сверкающей мути, изливаемой на нас Хранителем, окончательно растворить сцепление с реальностью.