Шесть лет дали. Нормально, да?

Мама вырезки собирала, новости по телевизору записывала. Как выйду — все девчонки мои. Я им для верности буду вырезку показывать из местного «Гардиана». Я же, считай, в историю вошел: статью про меня написали на всю первую страницу. Меня еще тогда спросили, какое у меня желание. Я говорю: собрать денег на восстановление Азиатского центра. У них, надо думать, страховки на случай разборок нету.

Может, теперь какая азиаточка согласится…

Рамиз меня все время навещает. Ему вкатили штраф в полштуки за ношение оружия. Говорит, я ему должен. Как выйду, стрясет с меня литр бензина. У меня, мол, теперь один выход: с ним в дело войти. Я говорю: тогда мне сестру. Он мне: отвали! Ну да, Рамиз к ней из нашего района близко никого не подпустит.

Пока сидел в Фелтеме, ко мне постоянно народ ходил. И потом тоже, даже когда меня по всей стране пинали. Передачи носили, и не только.

Вот. Теперь меньше чем через две недели выходить. Посмотрим, как пойдет. Говорят, там все изменилось, даже Чингфорд-Холл сносят. Келли меня ждет, говорит, Окема — ошибка молодости. Дэнни уже большой.

Только Винни нет.

У нас со Слипом кой-какие планы наклевываются. Может, что и выйдет, не знаю. У меня кое-что отложено, народ тоже помочь обещает.

В общем, поживем — увидим.