— Где ножовка? — спросила Несса.

— Под столом. Она не сможет достать ее, — ответила Маура.

— Ножовка? — закричала Талия. — Какая ножовка? Что случилось? Пожалуйста… дайте мне встать!

— Мы не позволим тебе встать… до тех пор, пока не приедет полиция, — откликнулась Маура и повернулась к Нессе: — Я подержу ее. Немедленно вызови полицию.

Талия беспомощно лежала на полу. Несса поднялась и поспешила к телефону, стоявшему на письменном столе. Когда она оказалась рядом с аппаратом, Сет вдруг проявил признаки жизни. Сняв наушники и вскочив на ноги, он выхватил трубку из рук Нессы и скривил губы в жестокой улыбке.

— Сегодня никто отсюда не выйдет, — спокойно произнес он. — Никто.

— Никто не уйдет, — повторил Сет, свирепо уставясь на них.

Талия, почувствовав, что Маура отпустила ее руку, села. Сильно кружилась голова.

— Сет? — пронзительно закричала Талия. — Что ты говоришь?

Парень хрипло рассмеялся, от волнения у него заблестели глаза.

— Талия… разве ты не угадала? Не угадала? Мой отец не умер. Он ушел!

Талия почувствовала, как волна страха прокатилась по ее телу. «Что происходит? Сначала я просыпаюсь на полу, все тело болит, а теперь Сет, кажется, совсем рехнулся!»

— Сет, ты говоришь глупости, — сказала она. — Пожалуйста… успокойся.

Но тот не слушал.

— Никто не уйдет, — снова пробормотал он. — Никто!

— Сет, пожалуйста, — умоляла Талия, — перестань говорить глупости.

Она заметила, что Маура и Несса, ничего не понимая, смотрят на него с широко раскрытыми ртами.

— Мой отец ушел, — повторил Сет, не обращая внимания на мольбы Талии. — Но больше никто не уйдет.

— Что сделал твой отец? — спросила она.

— Ушел, — раздраженно повторил Сет. — Он не умер. Он бросил нас, ушел от нас.

— Но Сет, — в смятении крикнула Маура, — ты же знаешь, что твой отец мертв! Мы с тобой были на похоронах. Он… он похоронен на новом кладбище на Олд Милл Роуд.

Талия с трудом встала на ноги, не выпуская парня из виду. «Бедный Сет, — подумала она. — Смерть отца так измотала его. А теперь… он совсем спятил».

— Не двигайтесь, — приказал Сет.

Он подошел к дивану и вытащил кассету из плеера. Затем пересек комнату и засунул ее в магнитофон, стоявший на полке над столом отца. Через мгновение комнату наполнило странное пение. Все тело Талии содрогнулось, и по нему пробежал озноб. Она помнила эту запись. То же пение, та самая кассета, которую Сет проигрывал ей однажды вечером в своей комнате. Да, она помнила, что пение долго преследовало ее, что от него ей стало не по себе, закружилась голова, а тело обмякло.

Сет убавил громкость.

— Мой отец и вправду ушел! Это не простая запись, — объяснял он. — Разве ты забыла, что было написано на футляре? Помнишь наклейку?

— Да, — ответила Талия. — Это кассета переселения.

— Точно. Кассета переселения, — отозвался Сет, не сводя с нее глаз, и от этого отсутствующего взгляда у девушки пробежал мороз по коже.

— Талия, эта кассета переселяет разум. Отец привез ее из Новой Гвинеи, где изучал одно племя. Если присоединиться к пению, петь вместе с ними, то разум освобождается от тела. — Сет горько зарыдал: — Мой отец проигрывал кассету, и его разум переселился в чье-то другое тело… Он так и не вернулся.

Глаза Сета дико блуждали. Он заговорил снова:

— Однажды вечером я проигрывал кассету и пел. И обнаружил, что может сделать эта запись.

Он сощурился, лицо исказилось в горькой презрительной усмешке.

— Талия, знаешь, как тяжело мне стало, когда я это понял? Знаешь, какую боль он мне причинил?

Талия не знала, что сказать. Она слышала страдание в голосе Сета, но как можно было помочь ему? Все так непонятно и странно.

— Сет, — начала она умолять, — садись, давай обсудим это.

— Нет! — пронзительно закричал он, ударив кулаком по столу отца.

Испугавшись, Несса и Маура вскрикнули. «Он вне себя, — сообразила Талия, — и способен на все, что угодно. Он может убить нас всех. Что нам делать? Что?»

— Итак, добро пожаловать на заключительное заседание Клуба Ужасов, — скорбным голосом объявил парень.

Три девочки прижались друг к дружке, когда Сет схватил длинный гвинейский нож, висевший на стене над столом, и стал приближаться к ним. «Ему нужна я», — подумала Талия. Сет поднял нож.