Почувствовав странное неудобство, Вергун слегка приподнялся на своем ложе, и казавшиеся крепкими ремни, которыми Мара пристегнула его, легко отскочили в стороны. Повернувшись, он просунул руку вниз, вытащив из-за спины горсть горячего песка.

Ловчий недоуменно разглядывал крупные желтые песчинки.

Как они могли оказаться здесь?

Может, их принес ветер?

Ерунда. Песок струйками просыпался между пальцами. Нужно просто зажмуриться, и все пропадет, исчезнет. Все, что не нужно, все, что нелепо, все, что мешает. Нужно просто зажмуриться. Но Вергун боялся это делать, потому что действительно не знал, ГДЕ окажется, когда вновь откроет глаза. Но проклятый песок мешал, противореча всему тому, что было вокруг.

Нужно зажмуриться, всего лишь зажмуриться. Казалось, пустяк, но он не мог заставить себя сделать это. А что, если он увидит пустыню? Снова ту пустыню, где, казалось, он уже один раз потерял ее. Что, если все, что произошло потом, он попросту выдумал? Могло ли быть такое? Ловчий боялся, а значит, могло…

Нужно поставить точку. Раз и навсегда, иначе он никогда не обретет покой. Следует решиться, и будь что будет.

Он хотел окликнуть Мару, он хотел, чтобы она обернулась. Ну хотя бы еще раз увидеть ее лицо, пусть без улыбки, пусть строгое, сосредоточенное. Пусть она даже разгневается, когда заметит, что он расстегнул ремни без ее разрешения. Еще один раз… Но он так и не произнес ни слова, потому что знал, что тогда не сможет решиться…

Как же тяжело сделать решающий шаг! Почему именно сейчас он так слаб? Ну почему? Ведь ему необходимо быть сильным. Тем самым, каким он уже однажды был, каким его создали, но… не получалось, ничего не получалось, кроме самого главного. Значит, будь что будет. Вот он – настоящий выбор, тот самый, о котором говорила ему Карна.

Вергун набрал в грудь побольше воздуха, а затем зажмурился и…

Ничего не изменилось.

Он не почувствовал чего-то необычного… но твердой уверенности не было. Теперь нужно обязательно сделать следующий шаг. Ведь второй шаг всегда делать проще. Страх прошел, незаметно куда-то улетучившись. Страх вытеснил больной интерес неисправимого азартного игрока со смертью. Интерес торопил, настойчиво подталкивая в спину…

Вергун резко выдохнул и только затем открыл глаза, впуская в них чарующую и одновременно пугающую своей непредсказуемостью неизвестность…

2006–2007 гг.