– Во-первых, Катрина, – она всегда называла Кэт полным именем, произнося его тоном «ты не слишком хорошая юная леди», – я не умерла и не лишена жизненных сил; я учусь в колледже, так что с жизненными силами у меня все в порядке. Во-вторых, я читаю эту чертову «Илиаду» потому, что этого требует наш шовинист-профессор, иначе мне не закончить курс. Я должна ее знать, чтобы получить диплом, потому что в совершенно дурацком возрасте в сорок четыре года у меня до сих пор его нет.

 – Ладно, тогда объясни нам еще раз, зачем, собственно, женщине, добившейся невероятного успеха, имеющей прославленный бутик, который возник как крошечная лавочка женских аксессуаров где-то на окраине Талсы, а теперь располагается прямо на площади Ютик, а еще имеет отделения в Далласе, в Чикаго и в самом центре Денвера, понадобился клочок бумаги, на котором будет написано, что она достаточно умна? – спросила Кэт, попивая шампанское из высокого запотевшего бокала.

 – Давайте выпьем, – Кристи подняла бокал с красным вином, – Остальное потом.

 – Согласна, – Хэзер тоже подняла бокал и уставилась на него, хмурясь, – А можно мне повторить еще раз, что я буду ужасно, невероятно, фантастически рада, когда расправлюсь с этим вот пузырящимся виноградным соком и вернусь к великолепному шардоне, которое могу пить с настоящим удовольствием? В общем, за компанию любящих выпить женщин!

 – Мне это нравится, – кивнула Кэт, – Пить так пить, раз уж собрались вместе.

 – Эй, тебе же остался всего месяц, – сказала Кристи, протягивая руку к Хэзер и осторожно похлопывая ее по огромному животу, – Ты ведь не хочешь замариновать в вине этого малыша?

 – Ну да, всего месяц, но не умру же я от бокала вина!

 – А ну-ка, сосредоточьтесь! Мы ведь выражали сочувствие Сьюзи, которой придется писать ужасающее эссе по дурацкой «Илиаде», – напомнила всем Джаскелина.

 – А я говорила, что не думаю, будто ей нужен клочок бумаги, на котором напишут, что она умная, – при том, что она уже изумительно успешна! – добавила Кэт.

 – Заметим, это говорит женщина, хорошо знающая психологию! – воскликнула Сьюзи.

И поспешила продолжить, пока Кэт ее не перебила:

 – Но ведь на самом деле вы все до единой имеете эти ничего не значащие листочки бумаги... а то и парочку таких. Верно?

Сьюзи ткнула пальцем в Джаскелину.

 – Мисс медицинская сестра «скорой помощи», ты имеешь диплом бакалавра.

Потом она обратилась к Хэзер.

 – У тебя степень магистра, разве не так?

 – Виновна! – вскинула руки Хэзер.

 – Кристи, ты бакалавр в области физической подготовки, верно?

 – Да, но если хочешь знать правду, я могу сказать, что послала бы этот колледж куда подальше, если бы мои родители не настояли на том, чтобы я его закончила.

 – Ладно, это мне понятно, но разве вы не уловили главного? Образование – неотъемлемая часть вашего успеха. Кристи, наверное, могла бы стать тренером и без диплома, потому что с детства занималась спортом, но Кэт и Джаскелина определенно не смогли бы заниматься своим делом без этих листочков бумаги и тех знаний, которые они получили, прежде чем им выдали такие бумажки. Так?

Кэт и Джаскелина неохотно кивнули.

 – А ты, Хэзер, не могла бы преподавать, не получив степень бакалавра, а потом и магистра. Правильно?

Хэзер вздохнула и погладила огромный живот.

 – Правильно, вот только теперь я постоянно кричу на учеников, потому что не в силах стоять на распухших ногах... скорее бы все это кончилось!

Джаскелина передернула плечами.

 – Боже, эти подростки... Они такие ужасные! Я вообще не понимаю, как ты можешь выносить их гормональные бури.

 – Сама не понимаю, так что не жди объяснений. Это просто отвратительные существа!

 – Ты раздражаешься, потому что твои лодыжки стали похожи на бревна. Тебе ведь всегда нравилось преподавать, забыла? Вот когда ты вернешься из Страны Беременных...

 – Да я и не помню уже, когда я не была беременной. Кажется, я всю жизнь вот такая огромная и ужасная.

 – Милая, съешь шоколадку.

Джаскелииа передала Хэзер поднос с круглыми шоколадными конфетами.

 – Ничего, через месяц или около того все станет гораздо лучше, – сказала Кэт.

Хэзер устало улыбнулась Кэт и сунула в рот конфету. И, с трудом ворочая языком, сказала:

 – Знаешь, Кэт, меня всегда изумлял твой оптимизм. И это при том, что ты в своей клинике постоянно сталкиваешься с этими задницами, наглыми мужиками и мизантропами! Я уверена, если бы мне пришлось общаться с этими болванами, я бы стала сварливой сволочью, но ты – нет! Тебе-то на самом деле нравятся мужчины, правда?

Кэт открыто, заразительно расхохоталась.

 – Да, мне определенно нравятся мужчины. И не все те задницы, кого я консультирую, – мужчины. Есть и чокнутые женского пола. А вообще – далеко не все мужчины мизантропы, и так далее. Многие успевают ко мне раньше, чем станут законченными мизантропами, или, как ты выражаешься, достигнут степени задницы.