Для начала он решил расспросить, о том, что происходило с ними за последний день.

— Где вы провели этот день? — спросил Федор у Ксенбала.

— Прорвавшись по стене, мы не смогли пробиться в торговый порт, — рассказал Ксенбал о деталях своего прорыва, — римляне, те самые, которых ты видел, отсекли нас от него. Поэтому нам пришлось устроить пожар и до последнего отступать в сторону военного порта. А там солдат было гораздо больше. Но в тот самый момент, когда мы уже решили, что выхода нет и нам придется подороже продать свои жизни, нам повезло.

Ксенбал сглотнул слюну и продолжил.

— Когда наверху стало совсем жарко, мы спустились вниз по веревкам и преодолели канал у ворот военного порта вплавь. А затем вновь взобрались по стене и под самым носом у охранников порта проскользнули в хранилище кораблей. Никто и не заметил, что мы там. Они не могли представить, что с той стороны можно взобраться на стену.

— Вы ночевали в военном порту? — удивился Федор, переминаясь с ноги на ногу, вода была прохладной, — вот это да. Даже от вас я такого не ожидал. Молодцы.

— Не совсем, — отказался от незаслуженной похвалы Ксенбал, проведя рукой по волосам, — мы лишь прошли сквозь это хранилище ночью. Там полно солдат и это чудо, что нас не заметили. А ночевали мы, уже выбравшись из военной зоны, в заброшенном сарае, где находился остов какой-то древней триеры. Это было так близко от военной гавани, что туда никто не заглядывал даже утром, хотя повсюду сновали патрули, поэтому весь остаток дня мы тоже провели там. Ну, а ночью, едва стемнело, мы пробрались сюда.

— Ну а ты, Урад? — повернулся к нему Федор Чайка, — расскажи, с какими приключениями ты добирался сюда.

— Мы тоже шли сюда весело, — усмехнулся бывалый боец, вновь погладив свой шрам на щеке, — с самого начала, едва мы взобрались на стену и напоролись на патруль, все пошло очень весело…

— Я видел, — сократил его рассказ Федор, — и вспышку и вашу драку. Благодаря вам мы смогли проскочить в гавань без потерь. Зато потом…

Он осекся.

— Впрочем, не будем терять время, — заговорил он вновь, сделав несколько шагов в сторону костерка и слегка погрев озябшие руки, — все мы сейчас здесь, а там, за внешней стеной, наша армия ждет от нас решительных действий. До последнего дня, я не мог посвятить вас в детали нашего задания, но теперь… могу.

Он разогнулся и, расправив плечи, заговорил быстрее, глядя в глаза то Ксенбалу, то Ураду, то Летису, стоявшими рядом молчаливыми тенями.

— Мы здесь, для того, чтобы заставить этот город сдаться.

Сказав это, Федор поймал на себе недоуменные взгляды некоторых солдат, — все пятнадцать уставших и раненных человек стояли сейчас по колено в воде, спрятавшись под землей в какой-то канализационной трубе, и не очень походили на несокрушимую армию возмездия, но в сознании Чайки это было именно так. И Федор продолжил.

— Мы пробрались сюда, чтобы стать ночным кошмаром для толстозадых сенаторов, которые предали нашу родину и пошли на союз с Римом, только для того, чтобы уничтожить Ганнибала. Каждый из нас уже сделал свой выбор. А я отобрал вас для этого дела, потому что вы лучшие из тех, с кем я служил с начала римского похода.

Он переступил с ноги на ногу.

— Нас всего пятнадцать человек. Пока, пятнадцать. И сенат уже знает о нас, но понятия не имеет, зачем мы здесь. Так вот, — мы здесь, для того чтобы посеять хаос и панику среди тех, кто защищает сейчас стены Карфагена. Разрушить последние надежды сената на то, что они могут отсидеться за неприступными стенами, поднять восстание и подготовить город к сдаче изнутри, еще до того, как наша армия прорвет оборону снаружи.

— Но как мы это сделаем? — искренне удивился Ксенбал, — нас ведь всего пятнадцать человек.

— Начнем с паники, — заявил Чайка, положив руки на пояс. — Запасов в городе достаточно, но они не безграничны. Однако, есть самый главный резерв, лишившись которого сенат не сможет долго удерживать народ от волнений, — вода! Мы будем разрушать коммуникации Карфагена, одну за другой. Прежде всего, мы выведем из строя резервуары с питьевой водой, питающей город. Как только это случится, по городу начнет распространяться паника.

— Но они, наверняка хорошо охраняются, сенаторы тоже не глупцы, — высказал сомнение Урад, — да и нужно знать, где находятся входы в эти резервуары.

Федор похлопал себя по груди, словно хотел проверить, не потерял ли он то, что лежало за пазухой, но обнаружив, что небольшой кожаный свиток с ценнейшей информацией на месте, успокоился. Его передал Чайке Гасдрубал, после того, как они наметили цели для первых диверсий.

— Мне известно, где находятся эти резервуары, — заявил он, вытаскивая свиток и поднося его к огню, — а как они охраняются теперь, и охраняются ли, мы узнаем сегодня ночью. Разговоров хватит, остаток темноты мы потратим на разведку. Смотрите!