Так что Аркадий, можно сказать, застал её врасплох. Ничего о нём, кроме того, что учтив и хорошо улыбается, она просто не знала. Да, собственно и сейчас может судить о спутнике своей, трах-тибидох, жизни только по действиям. Он же, гад такой, почти не разговаривает. Зато делает всё правильно. Даже по ночам, чего уж тут кривить душой. Вроде как обучился. Одним словом, теперь даже непонятно за что она должна ему мстить. Хотя, почему-то очень хочется. Видимо - за несказанные слова любви. Их как-то очень не хватает. Наверное, таково уж свойство женской натуры. Сколько над собой ни работай, остаются рудименты в мировосприятии.

– А где Каша?
– незнакомый парень стоит в двери той самой комнаты, где Галя сидит за компьютером, разбираясь в сводке продаж плотницких скоб. Тут малый размер почему-то попёр - склад пустеет. А на ногах у человека гостевые тапочки. Получается - он зашёл через как всегда незапертую дверь, переобулся в прихожей, отыскав шлёпанцы в нужном шкафчике, и, как к себе домой впёрся сюда, даже сняв верхнюю одежду.

– Меня зовут Галя, - ответила и смотрит вопросительно.

– Кеша. Так куда подевался этот... индивидуй? Ни на кухне, ни в гараже, ни в мастерских я его не нашёл.

– Он к сторожке пошел относить стиральный порошок, и со сторожем хотел потолковать о трассировке траншеи около седьмого участка, - спрашивать у гостя, зачем ему понадобился её муж, не стала.

– Смотрю я, нашего монаха не минула стрела Амура, - Кеша вдруг заговорил стихами. Невольно улыбнулась.

– Он, что, никогда не дружил с девушками?

– Вы первая, кого я вижу в его жилище. Замуж за него пойдёте?

– Уже. Только не расписались.

– И не вздумайте. А лучше всего, бросайте его и бегите без оглядки. Ко мне.

Галина озадачена. Вообще-то, это комплимент, но настолько смелый! Этот Кеша, он что вообще себе вообразил? И почему назвал Аркадия Кашей? Ха. Аркаша - Каша. Логично. Намёк такой, что они знакомы с детства. Кстати, какое-то внешнее сходство с её мужем в облике этого человека угадывается. Родственник? Брат?

– Вы - смелый человек, Иннокентий, - Галя встала, выпрямилась и развернула плечи. На большинство мужчин такое действо производит сильное впечатление - она далеко не дюймовочка. Но на этот раз результат оказался противоположным. Гость демонстративно осмотрел её с ног до головы, проник взором в глубокий вырез на груди и ошеломлённо произнёс:

– И это всё досталось нашему олуху царя небесного! О, Всевышний, за что ты так щедр с другими и скуп со мной, - гость продолжает шутить. Кстати, смелость этих высказываний находится на грани приличия, но, почему-то отторжения не вызывает.

– Пойдемте, попьём чаю, - она, наверное, растерялась, потому что ничего иного в голову ей не пришло.

– И немедленно. У меня с собой отличный тортик, пустой поддончик от которого наш гулёна оплачет горькими слезами, когда вернётся к шапочному разбору.

Тортик действительно оказался тортиком - скромного размера бугорок, как раз то, что ей нравится. Никаких финтифлюшек, зато вкусно. Пока она резала это великолепие, Кеша, дождавшись закипания чайника, наполнил две крупные керамические кружки, вбросив туда пакетики с заваркой и по паре кусочков рафинада. И размешал. То есть даже не предложил ей выбора. А если бы она вообще пила без сахара? Собственно, точно так же поступал и Аркадий. Наверняка - братья. Оба хамы, просто каждый немного на свой манер. Ни одна нормальная женщина с такими не уживётся.

Парень рассказывал о красотах, что ожидают его в Турции, куда он собирается отправиться в конце мая, как бы намекая на возможность составить ему компанию в этом вояже, и ни на секунду не умолкал, с комплиментами, однако, не приставая. Отговорилась тем, что с работы не отпустят. А потом, когда от тортика осталась ровно одна треть, и гость потянулся за очередным кусочком, то получил шлепок по тыльной стороне ладони.

– Ого! А я и не предполагал, что у вас всё так серьёзно, - и дальнейший трёп, так и не прекратившийся, пошёл уже о ней.

Умеет человек общаться, не отнимешь у него этого. Легко и непринуждённо выведал, что она детдомовская. Что после окончания школы по совету выпускников предыдущих лет приехала сюда из соседнего, совсем глухого района и устроилась на завод, на котором её то и дело переводят из одного подразделения в другое, где требуются неквалифицированные рабочие руки. Собственно, более ничего ей о себе поведать не удалось, поскольку ничего примечательного в её жизни ещё и не было. Такая вот легенда. Короткая и удобная. Жаловаться на тяжкую долю сироты не стала - знает, что не хватит ей ни артистизма, ни выдумки. Да и те события, что случились в её жизни, не содержали ничего такого, чтобы давить слезу из окружающих.