– У тебя не было шанса, – ответила Ханна. Она сейчас испугалась, что парень просто сбежит, поэтому поспешила добавить: – Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. Я просто хочу найти Тьерри. Ты можешь мне помочь?

– Я… конечно, помогу! Да-да! Я могу здорово помочь. – Поколебавшись, он сказал: – Только придется порядочно прогуляться.

«Прогуляться? Значит, Тьерри здесь?»

У Ханны так подскочило сердце, что она едва не взлетела в воздух.

– Я не устала. – И это было правдой. – Могу прогуляться куда угодно.

Дом был огромным.

Он был великолепным. Даже роскошным. Просто дух захватывало.

Проводник оставил Ханну в начале длинной, обсаженной пальмами подъездной аллеи и, бросив: «Это здесь», поспешно исчез во тьме. Ханна поглядела ему вслед и решительно направилась по аллее к зданию, искренне надеясь, что это действительно здесь. Она так устала, что ее шатало, а ноги будто налились свинцом.

Но когда она подошла к парадному входу, все ее сомнения развеялись. Здесь повсюду красовались черные розы. Они угадывались в мозаике стрельчатых окон, расположенных над двойными дверьми, и у этих роз был такой же стебель, завязанный сложным узлом, что и на кольце у Ханны. Черные розы причудливо переплетались на вензелях, украшающих окна сверху. Похоже, эти розы были чем-то вроде фамильного герба или печати.

При одном лишь взгляде на них сердце Ханны забилось сильнее.

«Ну, так. Звони в дверь, – сказала она себе. – И прекрати чувствовать себя Золушкой, которая пришла поглядеть на принца».

Она нажала на кнопку звонка и затаила дыхание, прислушиваясь, как где-то далеко внутри раздался мелодичный звон.

«Пожалуйста, пожалуйста, отзовись…»

Ханна услыхала приближающиеся шаги, и ее сердце по-настоящему заколотилось.

«Неужели все так просто?..»

Но когда дверь открылась, перед ней оказался не Тьерри. Это был парень студенческого возраста, одетый в униформу. Его каштановые волосы были аккуратно собраны сзади в короткий хвостик. Парень был в темных очках.

«Прямо молодой агент ЦРУ», – раздраженно подумала Ханна.

Они уставились друг на друга.

– М-м… Мне нужно… Я ищу Тьерри Дескуэрдеса, – проговорила наконец Ханна, стараясь казаться уверенной и настойчивой.

«Агент ЦРУ» был невозмутим. В том, как он ответил, не ощущалось недоброжелательности, но сердце Ханны упало.

– Его здесь нет. Попробуйте прийти через несколько дней. И лучше, если вы предварительно позвоните одному из секретарей. И он стал закрывать дверь.

– Подождите! – Ханна поставила ногу на порог и сама этому изумилась.

«Агент ЦРУ» посмотрел на ее ногу, а затем взглянул ей в лицо.

– Да?

«О господи, он считает меня надоедливой посетительницей».

Перед Ханной внезапно возникла картина толпы просителей, выстроившихся в очередь у дома Тьерри… и все они хотели от него чего-то. Совсем как те, что ожидают аудиенции короля.

«Наверное, и я выгляжу так же жалко, – подумала она. – В своих джинсах, в измятой, пропахшей потом рубашке, после целого дня шатаний по Стрипу… В грязных ботинках. С растрепанными волосами, спадающими на лицо…»

– Да? – с вежливой настойчивостью переспросил «агент ЦРУ».

– Я… ничего.

Ханна почувствовала, как у нее из глаз брызнули слезы, и это привело ее в бешенство. Стараясь скрыть их, она наклонилась, чтобы подхватить свою сумку. Ей показалось сейчас, что она набита камнями.

Она никогда так не уставала. Во рту у нее пересохло. И она мечтала лишь о том, как бы найти безопасное место, чтобы выспаться.

Но эти ее проблемы «агента ЦРУ» не касались.

– Спасибо, – сказала Ханна и, глубоко вздохнув, повернулась, чтобы уйти.

Но именно этот глубокий вздох и изменил все. По большому вестибюлю за спиной «агента» кто-то шел, и того мгновения, на которое Ханна задержалась, чтобы перевести дыхание, хватило, чтобы они с Ханной увидели друг друга.

– Нильсон, подожди. – раздался крик, и к дверям со всех ног бросилась девушка.

Она была тонкой и загорелой, с необычными серебристо-каштановыми волосами и темными янтарными глазами. На ее лице выделялись несколько желтоватых синяков.

Но что поразило Ханну, так это именно выражение ее лица. Янтарные глаза девушки широко распахнулись, и в них что-то вспыхнуло, а рот открылся от удивления. Она возбужденно замахала руками закричала «агенту», указывая на Ханну:

– Это она! Это она! Это она.

Тот, ничего не понимая, хлопал глазами, и тогда девушка стукнула его по плечу:

– Она!

Они оба повернулись и уставились на Ханну. Лицо «агента» наконец утратило непроницаемость. Он выглядел ошеломленным.

Ханна в свою очередь глядела на них, совершенно сбитая с толку. Затем, словно все еще не веря своим глазам, «агент» медленно открыл дверь.

– Меня зовут Нильсон, мисс. Входите, пожалуйста.

«Ну и дура же я, – подумала Ханна.

Запоздалым жестом она убрала волосы, нависшие над левой щекой и закрывающие родимое пятно. – Нужно было сказать им, кто я. Но как я могла знать, что они поймут?»