– Что ты хочешь услышать? Что именно тебя интересует? Или я должна отчитываться перед вашим ведомством, как провожу свое личное время? – не выдержала я.

– Не должна. Если бы его сегодня ночью не убили.

– Понятно. И ты действительно считаешь, что его убила именно я?

Кажется, Вагиф впервые усмехнулся. Уголками рта.

– Нет, – ответил он, – в этом тебя никто не подозревает. Ты бы вряд ли смогла удержать подушку на лице такого сильного мужчины. Его убили после пяти часов утра, а ты уехала в три. И самое важное – мы не нашли оружия. Хотя уверен, что в номере везде остались отпечатки твоих пальцев. Ты была в его номере, только честно?

– Была. – Глупо отпираться, когда действительно там везде мои отпечатки пальцев.

– Он был раздет, – глухим голосом продолжал Вагиф. – Ты была с ним близка? Это твой любовник?

– Подобные вопросы не имеют отношения к его убийству.

– Ошибаешься, они имеют непосредственное отношение к убийству, – возразил Вагиф и повторил: – Он был твоим любовником?

– Нет. – Тут они ничего не смогут доказать, если у них нет камер в каждом номере. Тут я буду стоять до конца.

– Зачем ты поднялась к нему в номер?

– Он меня пригласил, а я подумала – почему бы и нет. Мы сидели и разговаривали до трех ночи. Потом я ушла. Если бы он был моим любовником, зачем мне уезжать в три часа ночи, я бы осталась до утра. Мой сын живет у родителей, сегодня суббота, мне не нужно выходить на работу, и я разведенная одинокая женщина.

Моя логика в данном случае безупречна. Никто даже не подумает, что я была разочарована и не собиралась оставаться в постели арабского гостя до самого утра. Уж не говоря о том, что утром меня могли увидеть все, кто завтракает в этом отеле. Поэтому я ушла ночью, стараясь оставаться незаметной. Но таксисты, эти вечные стукачи органов, меня засекли и выдали.

– Не нужно было подниматься, это могло тебя скомпрометировать.

– Каким образом? Я свободная женщина и могу делать все, что мне нравится.

– Ты всегда была такой, – согласился Вагиф, и в этот момент кто-то постучался.

Дверь была не закрыта, и в комнату быстро вошел майор Мехтиев, выжидательно глядя на меня.

– Говори, – разрешил Вагиф, – можешь говорить при ней.

– Наши сотрудники нашли здесь одну девицу, – сообщил Мехтиев. – Она говорит, что вечером ее приглашал к себе Омар Халед и попросил зайти к нему после часа ночи. Дал сто долларов и обещал выдать еще пятьсот. Девочка из элитных проституток.

Вагиф нахмурился, посмотрел на меня, потом на Мехтиева и спросил:

– Когда он с ней договаривался?

– Примерно в половине восьмого. Она как раз сидела в баре с подругой. Он подошел и сам заговорил с ними.

Какие все-таки сволочи все мужчины! Я в это время торопилась из парикмахерской на свидание с Омаром, а он снимал проститутку в баре. Мерзавец! С другой стороны, почему мерзавец? Девочка, наверное, симпатичная, если ей столько платят. Он не был уверен, что я соглашусь подняться к нему в номер, и решил «подстраховаться». Теперь понятно, почему он все время смотрел на часы и так торопился. Понимал, что придет эта девица. Я вспомнила, как он засунул деньги в карман халата и протянул ей бумажки, сказав по-английски, что сейчас занят. Конечно, элитная проститутка немного понимает английский, я в этом не сомневалась. Но какой же ужасный тип! Спать с одной, думая о другой… Правильно сделали, что его пристрелили. Таких мерзавцев обязательно нужно отстреливать.

– Она согласилась? – уточнил Вагиф.

– Конечно, согласилась. И ровно в час ночи пришла к нему в номер. Он открыл дверь, дал ей пятьсот долларов и сказал, что сейчас очень занят. Она обиделась, но деньги взяла и ушла.

Вот такие сейчас нравы. Если обиделась, могла бы не брать пятьсот долларов. Но она их взяла и еще собиралась остаться, если бы не я.

– Что еще?

– Больше ничего, господин генерал. Наши сотрудники работают со всеми, кто дежурил сегодня ночью. Но посторонних здесь не было. Сейчас проверяем всех работников отеля, кто мог совершить преступление.

– Деньги и документы на месте?

– Да. В кармане пиджака около четырех тысяч долларов наличными и шестьсот евро. Кредитные карточки, в том числе и «Американ Экспресс». Его паспорт, билет, страховка. На столике лежат его часы. Наши эксперты считают, что они стоят не меньше семидесяти тысяч долларов. Еще запонки с небольшими бриллиантами. Документы его компании. Ничего не пропало…

– Значит, убийство не с целью ограбления, – подвел итог генерал, глядя куда-то в сторону.

– Да, – согласился Мехтиев, – там другие мотивы.

– Какие? – начал рассуждать вслух Вагиф. – Политика? Зачем убивать бизнесмена, от которого ничего не зависит? Он не президент компании и не решает никакие стратегические вопросы. Зачем он сюда приезжал, о чем вы собирались договариваться с его компанией?

– Они хотят принять долевое участие в постройке нового трубопровода…

– «Набукко», – перебил меня Вагиф и выразительно посмотрел на Мехтиева.

– Наверное, хотели помешать, – предположил майор.

– Тогда зачем его убивать? – вмешалась я в разговор. – Он просто готовил договора.