– Думаешь или знаешь? – спросил Керк, мысленно удивляясь осведомленности собеседника в местной политике и ощущая, что Намар многого недоговаривает.

– Знаю, – спокойно ответил тот.

– Почему-то я не удивлен, – усмехнулся землянин. – Думаю, что ваши храмы есть и в землях агронцев.

– Естественно, – пожал плечами «ищущий». – Мало того, я несколько лет служил в одном из таких храмов на западе Агронии. Дело в том, что орден придерживается строгого нейтралитета, и все это знают. Наше дело – охота на демонов и инородов, вставших на преступный путь…

– И, конечно же, сбор информации.

Намар замолчал и несколько секунд пристально смотрел на Керка, словно пытаясь прочитать его мысли.

– Мы не шпионы, если ты это подразумеваешь, – наконец произнес он. – Однако именно информация позволяет нам эффективнее выполнять свою работу и придерживаться этого самого нейтралитета.

Керк посмотрел на насупившегося танара, кончики ушей которого нервно подрагивали:

– Намар, пойми, я ничего такого не хотел сказать – просто констатировал факт. Частично специфика вашей работы заключается в сборе информации, слухов и тому подобного. Я прав?

«Ищущий» кивнул:

– Да, частенько приходится проверять слухи крестьян о демонах, который на поверку оказывается обычным диким зверем, а бывает и так, что очередная байка-страшилка, услышанная в какой-нибудь портовой питейной, выводит нас на логово очередной твари.

– Вот и я о том. Просто хотелось бы знать, поможешь ли ты нам с Эраем добраться до этих ваших Вершителей?

Танар долго молчал, вороша палкой костер, то выгребая тлеющие угольки из огня, то загоняя их обратно.

– Конечно, помогу, – наконец сказал он. – Но не уверен, что Вершители займут сторону хонтайцев.

– Почему? – спросил Керк.

– Почему? – «Ищущий» помолчал, бросил палку в костер и отряхнул руки. – Дело в том, Керк, что Вершители стараются не вмешиваться в дела этого мира, и чтобы это произошло, доводы правителя Хонтайи должны быть весьма и весьма убедительными… – Он на мгновение умолк, а затем тихим голосом добавил: – К тому же эта война может быть им выгодна.

– Ты ему не доверяешь? – спросила Ай, выйдя из темноты и сев рядом с Керком.

Парень бросил взгляд на хранительницу и покачал головой:

– Не знаю… Ясно, что он многого недоговаривает, но не думаю, что он нам враг.

– И все же я за ним присмотрю, – девушка задумчиво поглядела на костер моряков, которые расположились чуть в стороне от их лагеря и куда ушел Намар, захотевший зачем-то вновь переговорить с капитаном.

– А вот ты ему явно не доверяешь.

Ай фыркнула:

– У меня такое предназначение. Я обязана защитить своего карда. Кстати, тебе я тоже не доверяю.

– Ну, спасибо за прямоту, – усмехнулся Керк. – Польстила.

– Это тебе спасибо, – девушка неожиданно встала на колени и склонила голову к земле. – Спасибо за то, что защитил меня тогда в крепости.

– Ай, перестань, – попросил Керк, чувствуя себя неловко перед коленопреклоненной хранительницей. – Не знаю, как у вас, а в нашем мире мужчина обязан защищать девушку. Ты лучше мне скажи, разговор наш с Намаром весь слышала?

Ай выпрямилась и коротко кивнула.

– И что думаешь?

– Ну, – девушка на секунду замялась, кончики ее ушей нервно дрогнули, – не знаю, однако после последней войны с агронцами много послушниц не вернулось и… и если Намар не обманывает… Керк, мне даже страшно представить, что ожидает Хонтайю. Мы должны убедить Вершителей, мы…

Керк кивнул:

– Убедим, а если нет… – Лезвие мономеча с легким шорохом развернулось, заблестев в пламени костра кровавыми сполохами.

Сон или явь. Безбрежная темнота ночного океана и блистающий огнями город на его берегу, у подножия холма.

Керк несколько минут непонимающе смотрел на раскинувшийся перед глазами пейзаж, чувствуя, что уже видел это ранее, а затем стал спускаться с холма к городу, утопая по колено в необычных цветах, мерцающих бледно-сиреневым светом. Трава словно расступалась перед ним, чтобы через мгновение вновь сомкнуться позади, но это почему-то не удивляло Керка. Странная безмятежность снизошла на него. Хотелось вот так просто идти и идти, касаясь кончиками пальцев верхушек высокой травы.

– Что ты ищешь? Куда идешь?