Это ввергло молодого карда в прострацию, потому как такого развития событий он не ожидал. Однако, получив официальную бумагу, Эрай сразу же принялся собираться в обратный путь, прекрасно понимая, что в данной ситуации дорог каждый день. Его остановили, когда он уже седлал своего хогрунда.

Эрай резко сел и, обхватив руками уши, резко дернул за них, буквально зарычав от отчаяния. То, что с ним происходило, было просто невероятно. Вершители для него всегда были великими и мудрыми правителями – почти богами, искренне заботящимися о благе и процветании множества народов. Они тяжелой рукой управляли этим миром, наказывая слишком зарвавшихся правителей. Однако то, что он увидел за проведенные здесь дни, буквально разметало эту веру в пыль. Жадные, плетущие постоянные интриги и ищущие свою выгоду создания, скрывающие свой истинный облик за зеркальными масками, – вот что он скажет на совете старейшин, когда вернется… если вернется домой.

Эрай поднялся и, подойдя к окну, закрытому каким-то прозрачным камнем, с размаху ударил в него, пытаясь унять клокочущую внутри злость, затем еще раз и еще… Ловушка – каменный мешок, охраняемый личными стражами Тойцу. Самого Вершителя он не видел уже несколько дней, а на все просьбы о встрече следовал один ответ: «Эрл Тойцу отбыл по срочным делам и будет в Даронге через несколько дней, а до той поры просил его ожидать».

Кард с раздражением посмотрел на неподдающийся прозрачный камень, за которым плескалась темнота ночи, и, разочарованно вздохнув, принялся зализывать сбитые в кровь кулаки.

Неожиданно за дверью раздался какой-то странный звук, затем металлический грохот, словно в коридоре упал воин в полном доспехе. Эрай непонимающе посмотрел на дверь. Она вдруг распахнулась, и на пороге возникла его хранительница, облаченная в странные черные доспехи.

– Мой кард, – девушка опустилась на колени. – Я пришла за вами.

Посреди пустой полутемной комнаты завис в воздухе двухметровый овал, светящийся каким-то потусторонним бледно-зеленым светом. Высокая фигура, закутанная в бесформенный балахон, застыла напротив, вглядываясь в этот странный экран, где отображалось все происходящее в камере юного карда.

– Может, стоит остановить их?

Фигура, не двинувшись, развернула голову назад, обратив к спрашивавшему свое лицо, закрытое зеркальной маской. Стоявший позади Вершителя торкленец нервно сглотнул, почувствовав, как в мозгу зашевелились щупальца чужих мыслей, и в который раз пожалел, что не надел пси-блокер, вопреки запрету этого странного существа.

– Не стоит, Хоук, – наконец сказал Вершитель глухим скрипящим голосом на чистом торкленском. – Анализ ситуации показывает, что она складывается не в нашу пользу и активное сопротивление может привести к уничтожению данной точки воздействия.

– И чем же они могут уничтожить эту крепость? – усмехнулся торкленец.

Вершитель молча развернул голову к экрану, и внутри того протаяло изображение взлетающего корабля незнакомой конструкции.

– У них есть звездолет! – Хоук схватил было висевший на поясе передатчик, но замер, увидев на экране горящие здания местной опорной базы.

– Ваши корабли не успеют, – как всегда безразличным голосом констатировал Тойцу.

– И что же делать?

– Ждать. Ждать и наблюдать, – ответил тот. – Пошли весть остальным «открывшимся». Мы не должны потерять этот корабль из виду, так как если это произойдет, предчувствую гибель вашего ордена и опасность нашим планам.

Хоук нервно скрипнул зубами, почувствовав, как по надбровным дугам пробежал противный холодок нехорошего предчувствия – что-что, а предсказания Тойцу имели свойства сбываться с пугающим постоянством.

– Я свяжусь с центром, – сказал он и, развернувшись, вышел из комнаты.

Вершитель постоял, наблюдая за взлетающим кораблем, затем его фигура замерцала и с легким хлопком растворилась в воздухе.

Космолет медленно взмывал вверх, а одинокая фигура юного карда, стоявшего рядом со своим хогрундом и смотревшего вслед удаляющемуся кораблю, с каждой секундой становилась все меньше и меньше. Ай, словно завороженная, смотрела на экран, затем тихонько всхлипнула и, нервно дернув ушами, выбежала из рубки. Намар бросил на Керка извиняющийся взгляд и последовал следом за девушкой. Парень усмехнулся и, развернув кресло к пульту, вызвал на связь реакторный отсек.

– Рик, как со стержнями?

– Занимаюсь, капитан, – на экране появилось изображение фигуры бортмеханика, облаченной в защитный скафандр. – Половина стержней точно мертвяк, но пяток целых, так что, думаю, процентов семьдесят мощности мы выдать сможем.

– Хорошо, давай заканчивай – и в рубку, будем готовиться к прорыву. Думаю, нас уже ждут.

– Не сомневаюсь, капитан.

Керк улыбнулся и, отключив связь, окинул взглядом рубку. Правильно ли они сделали, отпустив Эрая одного? Может, следовало забрать его с собой, а не высаживать в нескольких километрах от столицы? Хотя юный кард наверняка не согласился бы на подобное. Землянин вздохнул, вспоминая минуты прощания. Пока Рик с Лайносом при помощи погрузчика загружали топливные стержни в выдвинувшуюся из корпуса корабля специальную секцию, он и Ай прощались с Эраем.

– Это не твоя война, Керк, – покачал головой юный кард в ответ на предложение землянина помочь его народу. – К тому же Ай мне уже сказала, что инороды, обитающие недалеко от крепости Вершителей, будут охотиться за вами при помощи таких же машин.

– Но мы можем…

– Нет, Керк, – прервал его Эрай. – Улетай на своей машине. Мы сами встретимся лицом к лицу с агронцами в честном бою и разобьем их – поверь.

– Хотелось бы, – Керк тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что Эрай прав. Останься они на планете, и Конгломерат бросит на поимку чужого корабля все силы, наплевав на конспирацию. К чему это приведет, можно было только догадываться, но в любом случае всем на этой планете будет лучше, если они покинут ее.