Отложив платье в сторону, он достал остальное. Там были удивительные панталоны из бледно-голубой шелковистой ткани, отделанные кружевом и очень короткие. Он посмотрел на этикетку с надписью «Ярмарка тщеславия». Там была еще более странная вещь, нечто вроде маленького корсета из кружева бежевого цвета, с чашечками, очевидно, для поддержки грудей. Сзади была упругая толстая лента и металлические зубчики-застежка.

Еще там была длинная, тоже прямого покроя нижняя юбка и самая странная пара сандалий из всех, которых Дэмьен когда-либо видел. Они напоминали обувь, в которую обуты мужчины на иллюстрациях к Библии. Но для мужчины они явно малы. Необъяснимо — как Сара могла носить эту обувь и все остальные ни на что не похожие вещи?

Дэмьен начал укладывать все обратно, как вдруг что-то блеснуло, и он заметил на дне еще какой-то предмет. Нагнувшись, он поднял самый странный механизм из всех, которых когда-либо видел. Он напоминал миниатюрные карманные часы, только без крышки, и держался на кожаном ремешке. Дэмьен посмотрел на циферблат, там стояло « Таймекс».

Этот предмет, казалось, попал сюда из другого мира, и вдруг Дэмьена пробрал озноб — он вспомнил, как очень давно они с Винси разговаривали однажды ночью с пароходным лоцманом на Миссисипи. Этот человек говорил о вероятности фантастических вещей. Неужели!..

— Сара! — воскликнул он, — откуда появились эти вещи? И откуда появилась ты?

А в настоящем было послеполуденное время, и Сара вернулась в дом мисс Эрики. Она сидела в кабинете, мрачно глядя документальную передачу о напряженном положении на Среднем Востоке и в Африке. Фильм, рассказывающий о войнах и восстаниях, в изобилии демонстрировал жестокость и насилие. Сара грустно смотрела на экран, и все казалось ей нереальным. Можно жить и в XX веке, как часто говаривал ей д-р Хоган, но она все сильнее чувствует, что ее место — в другом времени.

— Дэмьен, — шептала она, — я должна вернуться к тебе.

Выключив телевизор, она пошла на кухню, где Эбби уже взяла свой плащ и сумку.

— Эбби, я хочу, чтобы вы знали, — я опять могу исчезнуть, — медленно сказала Сара. — Я хочу вернуться в Новый Орлеан и провести пару недель у подруги. Я буду там работать. Уехать я могу завтра или через несколько дней — как только договорюсь с ней, поэтому не удивляйтесь, если меня не будет какое-то время.

Если это сообщение и вызвало у Эбби какие-то эмоции, она и виду не подала.

— Да, мэм, — только и сказала она.

— Машина останется здесь, — небрежно добавила Сара. — Дело в том, что моя подруга приедет за мной, как и в тот раз.

— Да, мэм, — повторила Эбби.

Когда она ушла, Сара вздохнула с облегчением. Этого объяснения будет достаточно, если она опять исчезнет, а она твердо намерена сделать это.

Сара покачала головой, удивляясь собственным мыслям. Две недели назад она восприняла бы как совершенную странность то, что сейчас ей кажется нормальным, — путешествие в прошлое, страстное желание прожить всю жизнь в другом веке с любимым человеком.

Одновременно с мыслью о возврате в прошлое пришла мысль о родителях. Сара ощутила укол совести. Конечно, нужно им позвонить. А то они могут позвонить ей, когда она исчезнет, и нужно предупредить их, чтобы они не беспокоились.

А разве они не будут беспокоиться, когда она окончательно исчезнет из этого мира?

От этого вопроса ей стало трудно дышать. Она любит родителей, разумеется, но нельзя не признать, что особой близости у них нет, с тех пор как она окончила колледж. В некотором смысле и она, и Брайан — овцы, отбившиеся от стада, — у Сары страсть к искусству, у Брайана — к музыке. Но обоих совершенно не интересовало судоходство как семейный бизнес. Конечно, родители тяжело пережили смерть Брайана, но теперь они возлагают все надежды на юного Тедди.

Тяжело будет никогда в жизни не увидеть ни родителей, ни Тедди, и ужасно причинить боль дорогим людям. Но ведь ее семья неплохо проживет и без нее. В конце концов, никто в этом мире или в каком-либо другом не значит для нее так много, как Дэмьен.

Обретя силу в этом решении, Сара набрала номер родителей в Атланте. Спустя несколько мгновений она услышала голос матери, доносившийся сквозь треск и шорохи.

— Алло.

— Здравствуй, ма, это Сара.

— Сара! Как я рада тебя слышать. Тедди передал мне то, что ты просила, и я пыталась дозвониться до тебя вчера вечером, но никто не ответил.

— Я была дома, но ненадолго вышла.

— Как ты там, милая?

— Гораздо лучше, — честно ответила Сара. — А как ты, па и Тедди?

— Все прекрасно, Тедди в школе. Мы с Ричардом собираемся съездить к себе на Миртовый берег на несколько недель. Ричард пригласил несколько своих постоянных клиентов поиграть в гольф. Это будет что-то вроде работы и отпуска одновременно.

— Это вам обоим необходимо, ма.

— Как там идут дела?

— Ну, делом о наследстве занимается поверенный кузины Эрики, а я с удовольствием живу в ее доме.