– Рассказываю все по порядку, – говорила она. – Итак, ты ставишь в моей квартире видеокамеру и маскируешь ее. В нужный момент я даже сама могу ее включить, это уже детали, которые мы обсудим позже. Факт тот, что готовую запись надо будет отдать не только Анне, но и Антону.

– Что?

– Да, ты не ослышался, именно Антону.

– Ты предлагаешь мне шантажировать человека такого масштаба? А ничего, что он меня в асфальт закатает на ближайшей из своих строек?

– Да кто говорит о шантаже, глупый? Ни в коем случае нельзя требовать с него денег в обмен на запись. Нужно сделать совсем по-другому…

– И как именно?

– Узнаешь, как только перестанешь перебивать, – шутливо надулась Олеся.

– Извини, я буду нем как рыба…

– Вот представь: ты приходишь к Антону.

– Что – прямо так и прихожу?

– Прямо так и приходишь, встречу я тебе организую.

– И что я ему скажу? – Иван, похоже, напрочь забыл о своем обещании не перебивать.

– Да в том-то и дело, что правду, чистую правду! Так, мол, и так, я начальник охраны вашей жены, она дала мне задание сделать видеозапись ваших свиданий с референтом…

– А он спросит – и какого черта ты пришел ко мне?

– Обязательно спросит. И ты объяснишь. Скажешь, что не хочешь тягаться с таким сильным врагом, как он. Или что понимаешь шаткость своего положения у Анны, у которой сегодня ты в фаворе, а завтра она уже нашла нового хахаля и забыла про тебя. Факт тот, что ты предложишь ему сделку. Ты ему записи, а он тебе… Ну, скажем, те же десять миллионов.

– А если он откажется?

Олеся покачала головой.

– Он не откажется.

– Откуда такая уверенность?

– Я слишком хорошо его знаю.

– И что – уверена, что его так легко развести?

Но девушка проигнорировала его иронию.

– Я уверена, что он человек деловой. И не отвергнет выгодного предложения. Тем более ценой в шестьсот миллионов. А именно столько он приобретет после развода.

– Каким же это образом?

– Да таким, что ты принесешь ему не один диск с видеозаписью, а два.

– Не понял… Два одинаковых диска? Зачем?

– Нет, не одинаковых. Разных. Одной киностудии и даже на один сюжет – но с разными исполнителями главных ролей.

– Все равно не понимаю.

– Да что же тут неясного? На одной записи буду я с Антоном, а на другой – ты с Анной. Таким образом Антон не только перекупит собственный диск, но и получит мощное оружие в борьбе против супруги, которая спит и видит заграбастать при разводе все его денежки. Согласись, такая услуга стоит десяти миллионов!

– Олеська! – воскликнул Иван, когда до него окончательно дошел смысл ее плана. – Да ты гений просто! Это же надо, как ты здорово все повернула! Признайся, ты давным-давно это все придумала, а рассказала мне только сейчас, да?

– Нет, – смеясь, покачала головой Олеся. – Я действительно придумала это только сейчас. Просто я от природы очень умная.

– Это точно! – согласился Иван. – Мне с тобой необыкновенно повезло! И какой же я был дурак, когда чуть тебя не потерял…

В ту ночь свет в окнах четвертого этажа горел до самого утра. Иван и Олеся обсуждали все тонкости своего плана и легли в постель только тогда, когда на улице уже забрезжил ранний летний рассвет. Нужно было хоть немного поспать перед очередным рабочим днем.

Спустя примерно неделю, может, чуть больше Иван заглянул в кабинет Арсения.

– Пойдем покурим? – предложил он.

– Так я же не курю! – удивился первый помощник.

– И я не курю. Но выйти побазарить надо. Не здесь же говорить о серьезных вещах. Тут проходной двор, постоянно какой-то народ туда-сюда валандается.

– Да, это верно, – кивнул Арс. – А куда пойдем? В кафе?

– Нет, в кафе сейчас тоже народу много. Пойдем просто на улицу, прогуляемся, погода хорошая.

На улице и правда было чудесно, солнечно, но не слишком жарко.

– Красота! – проговорил Иван, оглядевшись вокруг. – Хорошо, что солнышко выглянуло, а то все дожди да дожди…

– Слушай, приятель, – не выдержал Арсений, – хватит волынку тянуть! Что ты хотел мне сказать?

– Давай сядем, – Иван кивнул на свободную скамейку в кружевной тени от листьев раскинувшейся над ней липы.

– Присядем, – поправил Арсений, опускаясь на скамейку. – Сесть всегда успеем. Ну? Скажешь наконец, что у тебя за дело?

– Да понимаешь… – Иван наклонился и поднял упавший на дорожку лист. – В общем… Это касается съемок. Помнишь, мы с тобой говорили?