К его удивлению, женщина, представившаяся Жанной, жила весьма скромно, ее однокомнатная квартирка в «хрущобе» совсем не походила на те уютные гнездышки, которые Арс привык посещать такими вот вечерами. Арсений наморщил нос, но делать нечего, не уезжать же сразу – это выглядело бы просто невежливо. Как следует выпив с хозяйкой (чего другого, а выпивки в этой однушке оказалось в достатке), он вскоре узнал всю ее немудреную историю, как две капли воды похожую на множество других подобных историй. Невзрачная и непривлекательная девушка (как выяснилось, Жанне было всего двадцать пять, ему показалось, что минимум лет на пять больше) из провинции поддалась на уговоры красавицы подруги и вместе с ней отправилась покорять Москву. Подруга, которой необычайно подфартило, сумела очень даже неплохо устроиться в жизни – теперь она ни много ни мало помощница депутата, а бедная невезучая Жанна так и мыкается на съемной квартирке, вкалывает менеджером по продажам в своей убогой фирмочке, и в личной жизни у нее полный вакуум… Обильно накачиваясь коньяком, Арс, хорошенький, как картинка из глянца, стильно одетый, пахнущий Jo Malone Lime Basil & Mandarin, с идеальной прической и ухоженными руками с едва заметным маникюром, внимал ее жалобам и утешал, как задушевная подружка, перепевая на новый лад старые как мир песенки, мол, не расстраивайся, может, еще все наладится… К концу ночи они так накачались, что незадолго до рассвета заснули кто где сидел – он в старом кресле, она на потертом диване. Уезжая утром, Арс и в мыслях не держал встречаться с Жанкой еще раз. Но дней через десять после той истории он снова поссорился с любовником, и на душе стало так тоскливо, что захотелось с кем-то поговорить. Он позвонил по ее номеру, который ввел тогда спьяну в свой мобильник, а потом забыл удалить, она пригласила его приехать – и он приехал. С тех пор и началась эта странная, без всякого намека на секс, дружба между женщиной и мужчиной… Ну пусть не совсем мужчиной. Жанна тянулась к нему, потому что страдала от одиночества, а в лице Арса она нашла подходящую жилетку, в которую регулярно выплакивалась. Арсению же нравилось, что с ней он мог обсуждать проблемы эпиляции, последние новинки в области пластической хирургии, секреты соблазна представителей сильного пола и прочие темы, говорить на которые с остальными женщинами он как-то не решался. Перед другими девчонками он, может быть по инерции, еще старался выглядеть мужчиной, а Жанка была своей в доску и стружку, и с ней не нужно было ничего из себя изображать.

– Понимаешь, подруга, жить надо так, чтоб каждую минуту получать от этого оргазм, – втолковывал он. – Слышишь? «Тик-так» – поговаривают часики… Делаешь вздох – значит, наполняешься оргазмом жизни.

– Дура ты, Арсюшка! У меня от мыслей о времени возникает не оргазм, а желание повеситься, – вздыхала Жанна. – Как подумаю, что еще немного – и все, выйду в тираж…

– Сама ты дура! Ты взгляни на Люсю Гурченко! Как пляшет в свои-то годы!.. А тебе все-таки чуть-чуть поменьше лет, чем ей. Знаешь, у меня идея. Давай тебя отправим к Славе Зайцеву на «Модный приговор»? Превратишься из Золушки в принцессу на старости лет.

– На старости лет? Спасибо тебе на добром слове! Да я всего на четыре года старше тебя!

– И что? Я вот, например, уже думаю о старости, – дразнил ее Арсений. – Сегодня утром подхожу утром к зеркалу да как разревусь! Знаешь, из-за чего? Ты глянь, у меня уже морщины на лице. Вот тут, в уголках глаз, видишь? А это ведь первый звоночек… Ты не поверишь – по вечерам я только и делаю, что сижу на форумах красоты и жду, не появится ли новость, что ученые наконец-таки занялись серьезным делом и изобрели эликсир молодости…

– Да ну тебя… – Жанна, не выдержав, прыскала, глядя на его смазливое юное лицо. – И вообще… Черт знает что творится. Мужиков вообще не осталось, одни импотенты да геи! И откуда вас столько взялось?

– Ну, если я тебе отвечу, что из страусиного яйца, ты ведь мне не поверишь, да? – отвечал Арс. – А знаешь, что я тебе скажу? Это еще и большая польза для человечества, что мы существуем. Если бы Микеланджело был натуралом, то Сикстинская капелла была бы оклеена обоями… С золотинками и в цветочек, вроде этих твоих.

– Все шутишь… А ты лучше скажи, почему мне так не везет в личной жизни? – ныла Жанна.

– Да потому, что ты подать себя не умеешь, – отвечал Арс. – Вечно одеваешься, как доярка из Хацапетовки!

– Это я-то как доярка? – обижалась Жанка. – Да у меня все шмотки от Шанель и Габбаны! И сумки от них же!

– И где же ты, интересно, их приобрела? У цыганок в подземном переходе? – ехидничал Арсений. – Ладно, не дуйся. Я вот тут на днях тоже попал. Купил матери в подарок вазу, думал, богемское стекло, а оказалось «мейд ин Чайна». Хочешь, не хочешь – мы все живем внутри Китайской стены.

На тот момент жизни Арсений и впрямь искренне считал себя геем. Тем более что у него появились для этого все основания. Период, как он выражался, «хаотичного поиска», во время которого он постоянно менял спонсоров и спонсорш, у него вдруг резко закончился, когда Арсений познакомился на вручении премии «Top Beauty» с диджеем Bi'Si. Этот самый диджей Bi'Si (по паспорту – Валентин Харитонов), тусовщик, «широко известный в узких кругах», был чистокровным геем и запросто мог бы стать лидером гей-парада. Все его существование протекало под ритмичный музыкальный фон, пульсирующий и создающий особый стиль жизни. Своим девизом он выбрал слова «Музыка управляет временем и меняет сознание». Bi'Si был уверен, что его треки, которые он создавал, обязательно переплюнут индийские и африканские барабаны, звучание которых вводит людей в транс, дело только за малым – донести их до публики.

Bi'Si обладал поистине бульдожьей хваткой, и Арс сам не заметил, как оказался накрепко привязан к своему любовнику. С одной стороны, это его устраивало – диджей сильно привязался к нему и не скупился, оплачивая не только потребности, но и прихоти Арсения. Однако, с другой стороны, характер нового партнера явно оставлял желать лучшего. Bi'Si был вспыльчив и необычайно ревнив, мгновенно вспыхивал из-за любого пустяка, а потом очень долго отходил. А рука у него была ох тяжелая… Понятно, что Арсению не слишком-то нравилось такое обращение, и он подумывал о разрыве, но ссориться с Bi'Si было страшновато и, главное, совершенно невыгодно. «Пока поживу с ним, а там будет видно, – решил для себя Арс. – Когда на горизонте замаячат какие-то более выгодные перспективы, тогда и буду думать. А сейчас расслаблюсь и буду плыть по течению». Придя к такому выводу, он кое-как примирился с характером своего любовника, по возможности хранил ему верность и теперь с особым удовольствием и знанием дела обсуждал с Жанкой нестареющую тему «какие все мужики сволочи!».

Однако выгодные перспективы, которые казались Арсению далекими и туманными, замаячили на горизонте намного раньше, чем он мог предполагать. На тот момент закончилась его учеба в вузе, не доставлявшая Арсу вообще никаких хлопот. Да и о чем переживать, когда родители оплачивают не только сам факт твоего обучения, но и пятерки на всех экзаменах? Арсений даже и на пары-то почти не ходил, так, появлялся изредка, когда уж совсем было нечего делать, чтобы, как он шутил, «преподы мое лицо не забыли». Но так или иначе вуз был окончен, диплом по специальности «тележурналистика» получен, и дома возник вопрос, что Арсению делать дальше.