— Я сделаю что угодно, — сказал Рейнхарт. — Нет такой гадости, которая мне не по силам, Богданович. Я приложу к ней руку. Но ты должен понять, мои нервы слабы.

— Это тоже недостаток.

— Это главный недостаток. Это дефект моей мутации.

— Мы могли бы составить клуб неудачных мутантов. Могли бы собираться, курить травку и слушать музыку.

— Без меня, — сказал Рейнхарт. — Я умру, как моя подруга в морге.

— Не-е, — сказал Богданович. — Я тебя еще увижу. Ты Новый Человек.

— Все, я ухожу, — сказал Рейнхарт. — Я пошел. Мне больно.

— Не волнуйся.

Рейнхарт поднял чемодан и пересек безмолвный дворик. Богданович стал подниматься по лестнице. У калитки Рейнхарт остановился и обернулся:

— Богданович!

Богданович посмотрел на него сверху.

— Я ведь только ранен.

— Иди, Рейнхарт, — сказал Богданович.

Рейнхарт сдал чемодан на станции междугородного автобуса и пошел в Благотворительную больницу.

На белом лифте он спустился в морг. В белой комнате, наполненной гулом вентилятора, за столом сидел бледный толстяк. Рейнхарт сказал:

— Мне сообщили, что умерла моя приятельница.

Человек посмотрел на него равнодушно. Рейнхарт подумал: мертвецы лежат, конечно, не здесь. Здесь только он и бледный толстяк.

— Как фамилия покойницы?

— Фамилия, по-моему, Кросби, — ответил Рейнхарт. — Зовут Джеральдиной.

— А, — сказал толстый. — Катастрофа на Шеф-Мантёр.

Перед ним стояла металлическая коробка с карточками, и он начал их перебирать. Рейнхарт наклонился и посмотрел, что написано на карточках.

— Нет, — сказал Рейнхарт. — Моя приятельница умерла в тюрьме. Она повесилась на цепи. То есть так мне сказали.

Бледный толстяк кивнул и вынул из коробки карточку.

— Это правда? — спросил Рейнхарт. — Она здесь?

— Да, — ответил толстый.

— А, — сказал Рейнхарт.

— Так вы хотите получить тело? Вы родственник?

— Нет, — сказал Рейнхарт.

Из коридора появился охранник в форме и, зайдя за стол, стал над толстяком, чтобы прочесть карточку.

— Понимаете, это моя знакомая. А тут мне говорят, что она умерла. Мне это сказали, и… ну, я подумал, что, понимаете… надо проверить, так ли это. Правда ли, что она умерла.

— Видимо, правда. Джеральдина Кросби, двадцати четырех лет, белая, блондинка, глаза голубые. Вы готовы опознать тело?

— Да, — сказал Рейнхарт. — Да, конечно.

Толстяк вынул из верхнего ящика своего пластмассового стола бланк и вложил в пишущую машинку. Охранник вынул из другого ящика еще один бланк и передал толстяку.

— Ваша фамилия? — спросил толстяк.

— Нунен, — сказал Рейнхарт. — Джон Р. Нунен.

— Разрешите ваши документы, — сказал охранник.

Рейнхарт дал им права Нунена.

Толстяк напечатал на бланке имя и адрес Нунена и встал:

— Пожалуйте со мной.

Рейнхарт подошел с толстяком к зеленой металлической двери. Охранник сел за стол и начал печатать.

Около двери была зеленая кнопка, и толстяк нажал на нее. За стеной зазвенел звонок, и немного погодя зеленая дверь перед ними стала уходить вверх. Они вошли в другую комнату — очень просторную и выложенную белым кафелем. В углу стоял металлический стол на колесиках. Высоко над ними, под потолком, два серых матовых окошка, забранные мелкой сеткой, цедили в комнату дневной свет.

— Теперь подождите, — сказал ему толстяк.

Рейнхарт ждал, глядя на окна. Толстяк скрылся за дверью.

Рейнхарт слышал, как он спускается по железным ступеням. Где-то внизу ожил металл: лязгнула железная дверь, басовито загудел мотор, зашумела зубчатая передача. Рейнхарт подумал: «Колесики алюминиевые».

Двустворчатая дверь в стене раздвинулась, зажегся красный свет. Из лифта, которого Рейнхарт сначала не заметил, вышел негр в очках, везя за собой стол с покрытым простыней телом. Рейнхарт стоял и смотрел вверх, на окна.

Бледный толстяк появился снова. На нем был белый халат.

Не взглянув на Рейнхарта, негр в очках подкатил к нему стол и вышел.