Он нажал на ручной тормоз.

— Приехали. — Тодд указал на внушительных размеров здание за высокой железной оградой. — Вот его дом.

На фоне сумрачного неба, на огромной поляне, поросшей вековыми деревьями, возвышался дом. Темный, как ночь. Ни в одном окне не горел свет.

— Там никого нет, — шепотом промолвил Дэнни.

— Прекрасно, — ответил Тодд. — Так даже лучше. Пожалуй, мы сможем заглянуть в подвал через оконце или отыщем окно в комнату Патрика и узнаем, над чем он трудится.

— Пожалуй, — неохотно согласился Дэнни.

Тодд огляделся по сторонам. В этом квартале единственным домом был дом Патрика. И его окружали деревья.

Мальчики слезли с велосипедов и повели их по подъездной дорожке.

— Не верится, что Патрик живет в подобной развалюхе, — сказал Тодд, снимая бейсболку и почесывая затылок. — По-моему, это не дом, а груда хлама.

— Может, у него родители со странностями, — предположил Дэнни, когда они поставили велосипеды на стоянку.

— Возможно, — задумчиво ответил Тодд.

— У богачей порой бывают некоторые причуды, — сказал Дэнни, поднявшись на крыльцо и нажимая дверной звонок.

— Тебе-то откуда знать? — давясь от смеха, произнес Тодд. Спрятав под бейсболку свои каштановые волосы, он тоже позвонил в дверь: — Никто не отвечает. Давай зайдем сзади, — предложил он, спрыгивая с крыльца.

— Зачем? — настороженно спросил Дэнни.

— Да просто заглянем в окна, — подбадривал его Тодд, пробираясь вдоль стены. — Давай посмотрим, если, конечно, нам удастся хоть что-нибудь разглядеть.

Когда они повернули за угол, стало еще темнее. Лишь в одном окне наверху отражалась луна. Единственное светлое пятно.

— Это глупо, — ворчал Дэнни. — Слишком темно, в доме ничего не разглядишь. Кроме того… — Он осекся.

— Теперь-то в чем дело? — раздраженно спросил Тодд.

— Слыхал? Мне опять послышалось это, — едва шевеля губами, проговорил Дэнни. — Будто рычит какое-то животное.

Рычания Тодд не слышал.

Однако он видел, что прямо на них несется какое-то ужасное существо.

Тодд различил в темноте злобный блеск глаз… немигающих глаз, устремленных на него.

И понял, что бежать слишком поздно.

— Бежим! — пронзительно крикнул Дэнни. Однако Тодд не мог двинуться с места. Когда огромное, с налитыми кровью глазами

чудовище приблизилось на расстояние вытянутой руки, Тодд прижался спиной к узкой двери. И едва не упал, когда дверь распахнулась внутрь.

Существо издало грозное рычание. Его гигантские лапы гулко стучали по земле.

— Сюда! — завопил Тодд. — Дэнни, быстро в дом!

Сердце Тодда билось так же гулко, как лапы чудовища. Дэнни, едва переводя дыхание, юркнул вслед за ним в темный дом.

Тодд захлопнул дверь перед самым носом чудовища.

Страшные когти застучали по стеклу в верхней части двери.

— Это собака, — прошептал Тодд. — Громадная злая собака!

Яростно зарычав, собака со всей силы кинулась на дверь. Ее лапы царапнули по стеклу.

— Собака? — в страхе воскликнул Дэнни. — Я думал, что это горилла!

Мальчики навалились на дверь, с трудом сопротивляясь натиску огромного существа.

Через стекло было видно, что собака села. Она пристально глядела на них, красные глаза коварно сверкали. Собака тяжело дышала. Из ее пасти свешивался огромный язык.

— Кому-то следует посадить это пугало на диету! — воскликнул Дэнни.

— Мы могли бы ездить на такой собаке в школу! — хорохорился Тодд.

— Как нам выбраться отсюда? — спросил Дэнни, отворачиваясь от собаки. Он обшарил глазами темное помещение.

— Она скоро уйдет, — сказал Тодд. Он тяжело сглотнул. — Может быть.

— Этот дом и впрямь свалка, — произнес Дэнни, входя в комнату.

Тодд повернулся и последовал за Дэнни. Они попали, как он понял, на кухню. Тусклый лунный свет проникал через окно. Даже при столь скудном освещении Тодд заметил: что-то тут не так.

Стойки на кухне были пусты, и на них скопилась пыль. Не оказалось здесь никаких кухонных агрегатов — ни тостера, ни микроволновки, ни холодильника. Не было видно ни тарелок, ни кастрюль, ни сковородок. Посмотрев вниз, Тодд увидел, что раковина покрыта толстым слоем пыли.