Джесси одобрительно рассмеялась.

— Здесь так хорошо. Мне кажется, что мы будем тут счастливы, — мягко сказала она миссис Уолнер.

— Уверена, мы все будем счастливы, — подхватила та.

— Это так здорово — иметь сестру своего возраста, — Джесси повернулась к Эмили. — Мы будем вместе учиться и везде вместе ходить. Ты мне покажешь окрестности. Мы будем вместе готовить. Ты любишь готовить? И мы сможем меняться одеждой и…

— Боюсь, что меняться мы не сможем, — растерянно ответила Эмили. Джесси была гораздо мельче нее.

— Все будет просто замечательно! — Джесси бросилась обнимать Эмили.

— Я испекла пирог и наготовила сэндвичей. Вы, наверное, проголодались с дороги, — засуетилась мать.

— Умираю с голоду, — с готовностью откликнулся мистер Уолнер, обеими руками обхватывая живот. — От ожидания в аэропорту у меня всегда болит желудок.

Сколько она его видела, этот высокий лысеющий мужчина с остатками темных прядей на висках и затылке всегда казался Эмили каким-то не то расстроенным, не то несчастным. Может, у него постоянно болел желудок?

— Прежде чем мы сядем обедать, Джесси и Рич, наверное, захотят подняться наверх — распаковать вещи и осмотреть комнаты, — сказала миссис Уолнер.

— Отличная идея, — согласилась Джесси и потянула на себя огромный чемодан.

— Давай помогу, — Эмили ухватилась за ручку и тут же об этом пожалела. Чемодан невозможно было оторвать от пола.

— Оставь его. Я потом перенесу все вещи наверх, — на ходу успокоил ее мистер Уолнер, направляясь на кухню.

Нэнси уже увела Рича в его комнату, расположенную в самом конце коридора на втором этаже, — очень узкую и тесную. Всего несколько дней назад эта комната была кладовкой.

— Пойдем, Джесси, посмотришь, где мы будем спать, — радостно позвала Эмили.

— Отлично, — откликнулась та, улыбаясь миссис Уолнер. — Мы спустимся через несколько минут, я тоже вдруг проголодалась.

— Я пока все подготовлю, — мать торопливо направилась на кухню следом замужем. — Эй, Хью, подожди есть, оставь что-нибудь детям.

Джесси поднималась за Эмили, скрытые под половиком ступеньки скрипели и прогибались под их ногами.

— Ну, вот и пришли! — Эмили пропустила сводную сестру вперед.

Быстро окинув взглядом комнату, Джесси недовольно поморщилась.

— Маловата! — буркнула она вдруг совсем другим тоном.

— Что ты сказала? — Эмили не сразу расслышала тихий голос.

Не переставая хмуриться, Джесси подошла к открытому окну и, опершись на подоконник, выглянула наружу.

— Фиар-стрит (англ. — Улица страха). Ну и название…

— Здесь красивые места, — ответила Эмили.

— И давно вы обитаете в этой дыре? — В голосе Джесси сквозило осуждение.

— Э-э-э… около шести лет, — Эмили пыталась вспомнить, сколько ей было, когда они сюда переехали. — Моим родителям нравились старые дома, отец любил все мастерить своими руками.

— Твоя мама всегда такая жизнерадостная? — Джесси перевела разговор на другую тему.

Она отошла от окна, плюхнулась на кровать Эмили и растянулась, сунув руки под голову.

«Вот это да, — подумала Эмили. — Здорово моя сестричка меняется, когда поблизости нет взрослых. Внизу она была такой милой и кроткой, а тут совершенно другой человек. Так вот мы какие на самом деле!»

— Мама просто волнуется, — сказала она вслух.

Джесси приподнялась на локте и вытянула из-за подушки Макса — старого-престарого, но любимого плюшевого медвежонка Эмили.

— Ты не похожа на свою мать, — сказала она, в упор разглядывая подругу.

«Она смотрит на мои большие руки», — мелькнуло у Эмили. Девочка торопливо спрятала руки за спину и подошла к письменному столу.

— Нет. Зато моя сестра — вылитая мама.

— Никогда не любила рыжие волосы, — скривилась Джесси.

Какое-то время она молча разглядывала мишку, потом опять подняла взгляд на Эмили.

— Этот шкаф такой маленький, где же я буду держать свои вещи? — Должно быть, она перехватила настороженный взгляд новой сестры, потому что тут же изменила тон. — Извини. Забудь все, что я наговорила. Я… я просто волнуюсь.

— Мы обе нервничаем. Не стоит извиняться.

— Я несла какую-то ерунду. Но это так тяжело. Вообще все было так ужасно.

Эмили выдвинула стул и уселась лицом к Джесси.

— Что ты имеешь в виду?

— А то, что, как только наша мать поняла, что отец хочет жениться на другой женщине, она не могла дождаться, чтобы сплавить нас с Ричем из дома. Не очень-то приятно узнать, что собственная мать мечтает от тебя избавиться.