Артур направился к двери в крайнюю квартиру. И там задержался. Какое-то время они с Сергеем напряженно смотрели друг на друга.

…Назначенный перерыв подходил к концу, когда в коридоре раздался душераздирающий женский крик. Потом еще один. И еще. Женщина кричала так отчаянно, что даже Анжелика, находившаяся в этот момент на балконе, услышала и опрометью кинулась обратно. Как ни странно, она была первой, кто так отреагировал на крики. Анжелика влетела в плохо освещенный коридор и едва не наткнулась на распростертое на полу тело. Тупо посмотрела на него и спросила:

— Что случилось?

— А ты… ты… ты не видишь? — сдавленно спросила Вера, которая и кричала. — Ведь он мертв! Сергей! Сергей мертв!

Анжелика близоруко прищурилась и уставилась на лежащего на полу, лицом вниз, мужчину.

— И в самом деле… Не шевелится. Сердце, что ли?

— Да ты что?! — закричала Вера. — Это же убийство! Кровь! На полу кровь!

— У тебя что, нервы не в порядке? Что ты так визжишь?

— А ты… ты… Тебе, не страшно?

— И не такое видали.

Анжелика брезгливо отодвинула сапожок от лужи крови, которая натекла из убитого. Потом пожаловалась:

— Как же здесь темно!

В это время открылась дверь крайней двухкомнатной квартиры, той, в которой еще шел ремонт, и появился Артур с тем же вопросом:

— Что случилось? Кто-то кричал?

— Сергей… Он мертв!

— Только спокойно, — сказал Артур и добавил: — этим все и должно было кончиться.

— Да вы оба в своем уме? Сергей умер! — закричала Вера.

— А почему я должна переживать? — пожала плечами Анжелика. — Я его едва знала!

— Да хватит тебе Ваньку валять, — разозлился Артур. — Едва знала!

Одновременно появились Жанна и Лида. Последняя при виде мертвого тела впала в истерику. Жанна принялась ее успокаивать. Из той же двери выглянул Сева и, наконец, из крайней квартиры, однокомнатной, где все и опускали конверты с записками в урну, появился Иван.

— В чем дело? — спросил он, поскольку люди плотно окружили тело и закрыли обзор.

Стоящие вокруг мертвого Сергея расступились, и Сева растерянно сказал:

— Вот. Такая штука.

— А вдруг он еще жив! — Лида пришла наконец в себя и кинулась было к лежащему на полу мужчине, прощупывать пульс.

— Спокойно! — остановил ее Иван. — Я сам. Я все-таки врач. Всем отойти.

Вера сделала странное движение, словно порываясь ему помешать, но потом опомнилась и отошла. Иван нагнулся над Сергеем. Повисла томительная пауза. Распрямившись, Иван сказал:

— Сожалею. Он и в самом деле мертв.

— О Господи! — охнула Лида.

— Но… как? — спросила Анжелика.

— У него на спине рана. С левой стороны. В области сердца. Погодите-ка… Темно здесь. Две раны. Одна над другой. Острым предметом. Убийство произошло минут пять назад, кровь еще дымится. Кто нашел тело?

— Я, — растерянно сказала Вера. — А что вы на меня так смотрите?

— Надо же милицию вызвать, — спохватилась Жанна. — Интересно, чем его убили?

— А вот. Обратите внимание. — Иван кивнул на банку с масляной краской, из которой торчала стамеска. — Его ударили в спину. Один раз, потом другой. И орудие убийства, стамеску, убийца бросил в банку с краской. Рукоятью вниз. Видите: только острие торчит. Здесь плохое освещение, но, по-моему, на нем кровь.

— Да, кровь, — прошептала Лида. — У меня отличное зрение. Но зачем в краску?

— А это значит, что все отпечатки пальцев уничтожены, — пояснил Иван. — Ловко придумано! В банку с масляной краской! Теперь их невозможно идентифицировать!

— Все равно надо вызвать милицию, — сказал Сева. — Они разберутся.

— Да, это первым делом, — согласился Иван.
– Я думаю, наш сеанс окончен. После убийства Сергея все остальное уже не актуально.

— Черт меня возьми! — сказал вдруг Артур.
– Ведь я вместе с ним вышел в коридор! Теперь все скажут, что это я его убил!

— Лучшая зашита — это нападение, да? — прищурилась Анжелика. — А ведь ты прав! Я оставила вас вдвоем, а сама пошла на балкон, курить. По-моему, все очевидно.

— Ты его туда при мне пригласила, — зло ответил Артур. — Не отпирайся.

— Между прочим, я его так и не дождалась.

— А кто это докажет?

— Я иду звонить, — решительно сказала Жанна. — По-моему, ничего нельзя здесь трогать, и вообще, нам всем лучше разойтись.

— Разойтись? — вскрикнула Лида. — Но ведь один из нас убийца!