— Ты рисковала собой, чтобы меня спасти, Занна, — бросил он, когда она подошла к порогу кокпита. — Я тебе не безразличен.

Резко развернувшись, Занна Силой прижала Даровита к полу. Судорожно вздохнув, тот упал лицом вниз к ее ногам.

— Теперь все иначе, — сказала девушка; она отвернулась и гневно опустилась на пилотское сиденье.

Даровит медленно поднялся и подошел ближе, встав за ее правым плечом.

— Если я для тебя больше не важен, тогда зачем взяла меня с собой? — спросил он.

— Я тебе сказала уже, — процедила Занна, смотря прямо перед собой. — Ты мог нас выдать. Я не могла тебя бросить.

— Ты могла меня убить.

— Ха! — усмехнулась Занна; она выгнула шею, презрительно посмотрев на кузена. — Вот так взять, и прикончить тебя посреди Храма джедаев? Ты что думаешь, что все ситы поголовно идиоты?

— Мы больше не в Храме джедаев, — спокойно сказал Даровит. — Почему не убьешь меня теперь?

Занна резко отдернула голову, чтобы не пришлось смотреть ему в глаза.

— Ты целитель. Можешь нам пригодиться.

— В Галактике полным–полно целителей, — продолжал давить кузен. — И они не выдадут тебя джедаям.

— У меня не было времени искать кого–то другого. Ты был в нужном месте и в нужное время, — возразила она. — Тебе просто повезло.

— Это ложь, Занна. Как, по–твоему, я узнал тебя после всех этих лет? Мы же связаны. Всегда были. С самого рождения.

Занна ничего не сказала, только поежилась.

— Помнишь наше детство? Все думали, что я обладаю большой Силой, и никто не верил, что в тебе есть хотя бы кроха.

Занна не ответила; она помнила. В детстве Даровит мог поднимать силой мысли предметы и с повязкой на глазах палкой отбивать подброшенные в воздух фрукты. Ее таланты не проявили себя до тех пор, пока она не потерялась на Руусане.

— Тогда я еще не понимал, Занна, но все мои способности, все фокусы, что я показывал — это делал не я, это ты делала! Даже в таком возрасте ты знала, как сильно я хочу стать джедаем, и хотела мне помочь. И ты направляла свою силу в меня, позволяя вытворять те вещи.

— Все было совсем не так, — холодно ответила Занна.

— Ты делала это неосознанно, — объяснил Даровит. — Наша связь была так сильна, и ты так сильно меня любила, что твое подсознание брало над тобою верх.

— Это самая тупая теория, какую я слышала, — отрезала Занна, не сводя глаз с контрольной панели.

— Уверена? А ты подумай, Занна. Когда мы расстались на Руусане, все мои силы пропали. И я не смог стать ни джедаем, ни ситом.

Мои способности малы. Поэтому я выжил при взрыве ментальной бомбы, а все ситы и джедаи на планете погибли. Бомба погубила только тех, кто был тесно связан с Силой.

— А ты? У тебя огромные способности. Почему, как ты думаешь, они так долго не проявлялись? Ты всегда отдавала их мне. — Он помолчал. — Ты не станешь темным повелителем ситов, Занна, — добавил он. — Ты другая. Рано или поздно, ты поймешь.

— Заткнись, — сказала она ровным и сухим голосом, смотря на приборы. — Скажешь еще хоть слово, и я тебе вторую руку оторву.

Даровит промолчал, но пальцами левой руки непроизвольно сдавил культю.

— Я взяла тебя на корабль по одной причине, слышишь, одной, — сухо продолжала Занна. — Мой учитель заражен паразитами, которых называют орбалисками. И ты его вылечишь.

— Но… Я же не знаю, как, — возразил Даровит, забыв о просьбе не открывать рта.

Занна протянула холодное щупальце Силы за спину и схватила Даровита за горло. И медленно начала давить. Даровит упал на колени, его руки метнулись к горлу, глаза покраснели от нехватки воздуха.

— На корме терминал, — сказала Занна, не обращая внимания на сдавленный хрип кузена. — Воспользуйся им, и изучи все, что написано в статье из Архива.

Она вытащила инфокарту из кармана на бедре и бросила ее к ногам задыхающегося Даровита. Тот катался по полу, цепляясь рукой за горло. Лицо покраснело, а глаза почти выкатились из глазниц.

— Если не найдешь способ помочь учителю до прибытия на Титон, — предупредила она, — он сотрет тебя в порошок.

Она освободила Даровита, и тот распластался по полу, с трудом ловя воздух прерывистыми глотками. Занна повернулась, посмотрев на брата. Она растянула губы в жестокой усмешке, словно давала понять: его страдания доставляют только удовольствие. В конце концов, Даровит смог собраться, поднялся на ноги, взял инфокарту и побрел к терминалу.

Когда он ушел, Занна встала и принялась шагами мерить пространство между сиденьями первого и второго пилотов. Даровит не прав, она знала это. Он ошибается. Она уверена в своих обязательствах перед темной стороной, не смотря на все, что сказал кузен. Но некоторые его аргументы достаточно весомы, чтобы задуматься о том, что скажет в ответ на них Бейн.