Наступила мертвая тишина. Несколько мгновений Калона молча, не мигая, смотрел на Стиви Рей, но тут над поляной вдруг прогремел надменный и презрительный голос Неферет:

— Довольно этих глупых загадок! Сейчас я уберу травяной барьер. Дракон, осуществи свою месть над пересмешником. А тебе, Калона, я приказываю отправиться в изгнание, где ты пребывал до сих пор. Между нами все остается по-прежнему.

Стиви Рей увидела, как Неферет взбаламутила рукой кишащие вокруг нее тени и принялась вытягивать все новые и новые черные нити Тьмы прямо из собственного тела и льнущей к нему черноты.

Стиви Рей приготовилась. Их всех ждал кошмар, но она твердо решила не отступать и выдержать очередную схватку с Тьмой.

Но не успела она почувствовать первый обжигающий укус и страшную хватку Тьмы, убивающей силу самой земли, как крылатый Бессмертный поднял руку и прогремел:

— Стоять! Я долго был союзником Тьмы. Повинуйтесь же мне и теперь! Это не ваша битва. Сгиньте.

— Нет! — завизжала Неферет, когда липкие щупальца, невидимые почти никому из присутствовавших, начали отползать обратно во тьму, откуда только что явились.

Неферет обернулась к Калоне:

— Глупое создание! Что ты творишь? Я велела тебе уйти. Ты должен повиноваться моим приказам. Я здесь Верховная жрица!

— Я не подчиняюсь жрицам, а тем более, тебе! У тебя нет власти надо мной и никогда не было!

Торжествующая улыбка озарила лицо Калоны, и он стал так прекрасен, что Стиви Рей невольно залюбовалась им.

— Я просто не понимаю, о чем ты говоришь, — скороговоркой воскликнула Неферет. — Это я всегда находилась под твоей властью, порождение Тьмы!

Калона обвел глазами площадку перед школой, скользнул взглядом по зачарованно глядящим на него недолетка и вампирам, часть из которых недавно поднимала оружие против него, а остальные разрывались между желанием бежать прочь или преклонить перед ним колени.

— Ах, дети Никс, мне грустно смотреть на вас! — воскликнул крылатый Бессмертный. — Подобно мне, многие из вас перестали слушаться свою Богиню. Когда же вы поумнеете?

С этими словами Калона повернул голову вправо и посмотрел на Рефаима, молча ждущего его ответа.

— Ты действительно Запечатлился с Красной?

— Да, отец.

— И ты спас ей жизнь? Больше одного раза?

— Как и она, отец. Ибо она тоже спасла мне жизнь, и не один раз. Это Красная исцелила меня после падения с небес. Это она заживила ужасные раны, которые нанесла мне Тьма, когда я предложил белому быку взять в жертву меня вместо Красной. — Рефаим посмотрел на Стиви Рей. — В расплату за то, что я спас ее от Тьмы, Стиви Рей поделилась со мной подвластной ей силой Света — силой земли.

— Неправда, я сделала это не в расплату! — воскликнула Стиви Рей. — Я сделала это потому, что не могла смотреть, как ты страдаешь!

Медленно, словно этот жест дался ему с большим трудом, Калона поднял руку и положил ее на плечо Рефаима.

— Ты понимаешь, что она никогда не сможет любить тебя так, как женщина любит мужчину? Ты понимаешь, что будешь вечно жаждать того, чего она не сможет тебе дать и никогда не даст?

— Отец, она уже дала мне больше, чем я знал за всю свою жизнь.

Стиви Рей увидела, лицо Калоны вдруг исказилось, словно Рефаим его ударил.

— Я дал тебе свою любовь, мой возлюбленный сын, — сказал Бессмертный так тихо, что Стиви Рей с трудом расслышала его слова.

Рефаим замялся, а когда снова заговорил, Стиви Рей услышала в его словах не только предельную честность, но и боль, которую причинило ему это признание.

— Возможно, в другом мире, в другой жизни, это было бы так. Но в этой ты давал мне лишь власть, суровость и гнев, но не любовь. Только не любовь.

Глаза Калоны вспыхнули, но в их янтарной глубине было больше боли, чем гнева.

— Тогда в этом мире, в этой жизни, я дам тебе еще кое-что: выбор. Выбирай, Рефаим. Выбирай между своим отцом, которому ты верой и правдой служил на протяжении долгой череды столетий, и любовью этой жрицы, которая никогда не сможет принадлежать тебе полностью, ибо всегда будет бояться чудовища, живущего внутри тебя.

Рефаим снова посмотрел на Стиви Рей. Она прочла вопрос в его глазах прежде, чем он успел задать его вслух.