Как показалось Гурову, парень с радостью напряг извилины, он даже почесал лоб.

Гуров передал ему фотографию Вербицкой.

– Вот эта была здесь, – мясистый палец стучал по груди дочери заместителя министра торговли. – Да и эта тоже, – приглядевшись, сообщил он, имея в виду Лизу. – Вместе ходили. Вы отец, что ли?

– Да, – просто ответил Гуров. Зачем человеку голову забивать?

– Ну, батя, поздно опомнился, – парень кивком разрешил войти в спорткомплекс молодой парочке, – ни ту ни другую уже давно здесь не видел. Кто для вас родня-то – та, что цветная, или та, что черно-белая?

– С ними приходил еще кто-нибудь? – Гуров не стал уточнять, чей он папа.

Качок пожал плечами.

– Откуда я знаю? Не скажу ни «да», ни «нет».

– В абонементе написана фамилия тренера: «Афанасьев». Можно с ним поговорить?

Развитый мальчик снял трубку телефона.

– Леша? Слушай, подойди на вахту.

Вскоре появился тренер. Высокий стройный мужчина с несколько отупевшим взглядом от сверхнагрузок, перенесенных в молодости, и немного неуклюжей, косолапистой манерой передвигаться по суше.

У Гурова создалось впечатление, что в воде ему куда комфортнее.

Поздоровались. Слово за слово, и скоро полковник выяснил, что Анна с Лизой не упускали возможности познакомиться с кем-нибудь из мальчиков.

– Блядство – для бассейна вещь обыденная. Вы уж извините, что я с вами вот так, напрямую.

– Никого не сможете мне назвать или показать? – с надеждой произнес Гуров.

– На парней я, в общем-то, не засматриваюсь, не педераст, но ухажера вот этой девочки запомнил, – Афанасьев показал на Анну. – Небольшого роста, но развит здорово.

– Больше ничего не припоминаете? – Наверное, Гуров вложил в вопрос столько надежды, что у пловца в голове что-то случилось, и он решил помочь.

– Вы посидите, я сейчас подымусь наверх и возьму журнал. Когда они ходили к нам?

– В январе.

– Отлично. Попробую найти списки групп за январь.

Тренер оказался молодцом.

– Я так понимаю, у вас дочь пропала?

Гуров видел, что Алексей нервничает, ладошки сцепил.

– Да, я уже сказал об этом, – разыгрывая взволнованного отца, Гуров сделал шаг вперед навстречу информации.

– Списки мне ничего не дали. – Алексей выдержал паузу. – Но тут как раз в январе ко мне обратилась однокурсница, просила за племянницу. Абонемент у нас денег стоит, вы же понимаете.

Лев Иванович не преминул заметить, что однокурсница просить умела.

– Могу я встретиться с племянницей?

– Без проблем. – Тренер придирчиво воззрился на обувь Гурова и, не найдя ни единого пятнышка грязи, пригласил следовать за ним.

Полковник переступил порог тренерской и оказался в полумраке. Единственным прибором, хоть как-то освещавшим небольшую комнатку, был телевизор.

Сидящая на диванчике девушка, Гуров дал ей с ходу шестнадцать, ровесница проститутки, задержанной Гуровым на углу, рядом с «Белой пеной», повернула прелестную головку с собранными на затылке черными волосами в сторону мужчин.

Не церемонясь, Афанасьев прекратил вопли «Про диджи» и включил свет.

Гурову оставалось только удивляться, как это какой-то племяннице подруги тренера удалось обжиться в комнате отдыха тренера. Полковник знал только один способ – половой.

Девочка оказалась фигуристой, черноглазой, чернобровой. Ее кожа имела смуглый оттенок, шоколадка – да и только.

Лора, так ее звали, смогла перенести отмену развлекательной программы молча, качество, по мнению Гурова, не часто встречающееся у современной молодежи.

Продолжая разыгрывать роль обеспокоенного папаши, полковник принялся расспрашивать девочку об Анне и Лизе. Ему не нравилось, что этим непосредственно не занимается господин Вербицкий. Евгений Борисович мог бы и зад оторвать от министерского кресла в поисках дочери. Хоть какую-нибудь инициативу проявил, а то вот нанял его, Гурова, разгребать.

Да-да, именно наняли. Освободили от рутины и попросили найти. Тихо, без шума, без официальных протоколов.

Лора мгновенно вспомнила двух девочек и мускулистого мужчину с ними. Она была уверена, что Анна и Боря (Игнатьев Валера) пара, а Лиза временно в одиночестве.

К сожалению Лоры, троица уже давно не приходила в бассейн.

– Они не говорили, чем занимаются? – спросил Гуров.

По тому, как глаза девочки вспыхнули, сыщик понял, что попал в яблочко.

– Анна с Лизой однажды признались мне по секрету, когда Бори не было, что зарабатывают на жизнь, танцуя на сцене у Маревского.