Второй значилась Екатерина Евгеньевна Савицкая, тридцать один год, поступила второго августа, в тот же день родила мальчика. Рост… вес… Мать и ребенок выписаны девятого августа в удовлетворительном состоянии. Более полные данные – абракадабра…

Вот уж действительно абракадабра!..

Я вернулся к исходному файлу и скрупулезно изучил информацию обо всех роженицах, осчастлививших клинику своим присутствием в означенный период.

Их оказалось двадцать девять человек. И ребенок умер только у одной. У Оксаны Андреевны Матвиенко, двадцати трех лет.

Что за черт! Неужели охранник Игоряша скормил мне лабуду? Поехать бы сейчас к нему и надавать по физиономии, да только там наверняка полным-полно копов. К тому же, у него, наверное, выходной день…

Ладно, зайдем с другой стороны.

Я набрал номер телефона, указанный в графе «Домашний адрес».

Три гудка, и мне ответили:

– Да.

Голос был тих и печален.

Мне стало не по себе.

– Оксана Андреевна Матвиенко?

– Да, слушаю вас.

– Моя фамилия Бобылкин. Я из комитета по охране здоровья матери и ребенка. – Мой голос сделался трагически-проникновенным. – Примите самые глубокие соболезнования. Мы расследуем каждый случай гибели новорожденного. Нет ли в этом вины медиков… Извините, конечно, что беспокою в столь тяжелое для вас время, но сами понимаете…

Послышался судорожный вздох.

– Понимаю. Врачи ни в чем не виноваты. – Новый судорожный вздох. – Моя мать жила рядом с Чернобылем. Врачи предупреждали меня, но я решилась рожать… – Слова превратились в рыдания, и на том конце повесили трубку.

Я чертыхнулся и закурил.

Проклятая работа загоняет нас в такие вот ситуации. Когда, честное слово, со стыда бы сгорел и самому себе в морду дал… Но приходится изворачиваться, лгать и обещать собственной совести, что такое никогда не повторится, зная, что повторится. И не раз…

Сигарета помогла – мысли вернулись от лирики к прозе.

Если считать охранника Игоряшу человеком правдивым, получается, что в документации совершен подлог… Стоп! У меня же есть скачка с другого компьютера, с того, что прятался вдали от глаз людских.

Я вызвал из «проныры» соответствующую информацию. Все содержимое хранилось в личной папке. Я открыл ее… и нарвался на запрос: «Введите, пожалуйста, пароль».

Я набрал на клавиатуре слово «Марголин», нажал «Enter» и получил сообщение:

«Вы ошиблись! Введите правильный пароль. Будьте внимательны: при повторной ошибке информация будет уничтожена».

Я срочно ретировался и снова закурил.

Черт! Тут, похоже, нужен хакер и не простой «заяц», а мастер высшего пилотажа виртуальной реальности. Типа Ральфа Хендерсона, оставившего мне отметину на левом предплечье и спустя мгновение почившего в бозе… В России, конечно, такие тоже имеются (кто-то из них недавно ломанул счета «Bank of America» и до сих пор не найден), но случайные люди на них выхода не имеют. А я тут – человек более чем случайный, и вряд ли кто выведет меня на подобного умельца. Так что толку с этой скачки – ноль!.. Ну ладно, а зачем господину гинекологу потребовалось иметь в компьютере подложную документацию?

И тут меня осенило.

Стоп, парни! А не пахнет ли здесь торговлей человеческими органами? Говорят, в последние пять лет она снова процветает. Правда, вопрос: кому могут понадобиться внутренние органы новорожденных младенцев?.. Да тому, кто научился выращивать из них полноценные взрослые! Ведь качественное клонирование пока удается не так часто, как хотелось бы. То есть в мясной промышленности – сплошь и рядом качество о-го-го! А вот если надо клонировать человеческую почку для пересадки, то – шалишь, брат! В этом деле всевышний поставил какой-то барьер, и преодолеть его господам биологам и медикам пока не удается.

Ну и дела! Если мое подозрение верно, то я попал в такую ситуацию, где можно и без головы остаться! Да так, что и труп не отыщут! Тут поле деятельности международной мафии, и частный детектив для них – что мышка в лисьей норе.

Меня аж пот прошиб.

А что если Пал Ваныч – лишь звено цепочки, созданной такой организацией? А что если случившееся – результат конкурентной борьбы между подобными организациями, и я оказался в центре схватки? Это, парни, настолько большие деньги, что подпольная торговля драгоценностями будет лишь мелкой побочной возней, из-за которой убивать не станут! Этих людей ФБР с «Интерполом» грызут-грызут да пока только зубы ломают! Да-а, Виталий ты Марголин, дорогой ты мой гинеколог, куда же меня завели твои поиски?

Оставалось просмотреть найденный в подвальном сейфе диск, тот самый, которому я обрадовался ночью больше, чем деньгам, и который должен был стать сродни и зорким глазам, и цепкому уму, и крепким кулакам сразу…

Увы, он оказался пустым. Наверное, доктор Марголин попросту забыл его в сейфе.

С паршивой овцы хоть шерсти клок!.. Я перекачал на диск открытые файлы, отсоединил «проныру» и принялся очищать гостиничный компьютер ото всех материалов, с которыми работал, чтобы никто не мог определить даже направление моих поисков. Конечно, любой детектив сумеет повторить уже пройденный мною путь, но облегчать ему процесс поиска я не намерен. Потому как есть ощущение, что этот детектив будет работать вовсе не на правоохранительные органы… Впрочем, дело не только в этом. Просто я хорошо помнил слова Поливанова: «Я ее и без суда достану!» – и мои манипуляции должны были хоть как-то оградить женщин от скорых разборок. Если Пал Ваныч тот, за кого я его теперь принимаю, он способен поступить как царь Ирод – для гарантии прирезать и агнцев, и козлищ.