– Как вы себя чувствуете?

За его спиной, в пяти метрах, вооруженная «етоичем» Инга. В глазах неприкрытое беспокойство и тщательно скрываемый страх.

– Давайте, Борис Соломонович, отстегивайте!

Кунявский занялся замками. Щелк, щелк… Когда последний ремень был расстегнут, я встал и потянулся.

– Как вы себя чувствуете? – повторил доктор.

– Словно спал и проснулся.

– Когда у тебя начались судороги, я чуть не пристрелила его, конь в малине! – Инга подала мне отвалившуюся бороду.

Я прислушался к себе. Сразу заболела левая кисть. Поднял руку: на косточке у основания кисти красовалась свежая ссадина.

– Ремни невозможно подогнать к коже плотно, – виновато сказал Кунявский.

Я отмахнулся, продолжая прислушиваться к собственным ощущениям.

– Ну же, говори?! – нетерпеливо воскликнула Инга. – Вспомнил, кто ты такой?

– Тот же, кем и был, – сказал я. – Американский гражданин Арчи Гудвин, прикидывающийся русским детективом.

Кунявский издал непонятный вздох: то ли разочарования, то ли облегчения.

Я повернулся к нему:

– Что-то не получилось?

Он развел руками:

– Снятие до конца не прошло. – И засуетился: – Так бывает довольно часто. Столь глубокие процессы еще мало исследованы. Ваш случай – второй.

– Иными словами, мне довелось выступить в роли лабораторной крысы. – Я забрал у Инги «етоича».

Она вдруг кинулась к доктору, залепила ему основательную – аж голова мотнулась! – затрещину:

– Что же ты, сволочь! Исследованиями тут, на живом человеке занялся?

Ухо у Бориса Соломоновича мгновенно покраснело.

– Я был уверен в успехе, – заявил он плаксивым голосом. – Просто иногда окончательный этап снятия задерживается.

– И сколько еще ждать?

– Этого я не знаю.

– Почему же сразу не сказал? – Инга вновь шагнула к нему, поднимая руку. – Про шизофрению тут распинался!..

– Вы бы все равно не поверили!

– Инга! – крикнул я. – Подожди, девочка! Хватит раздавать оплеухи, конь в малине!

Она остановилась.

– А кто был первым? – спросил я. – Кому вы еще делали процедуру снятия?

– Самому себе. – Кунявский с опаской глянул на Ингу.

Рука у той опустилась.

– И как?

– Тоже не вспомнил себя сразу. Но я допускал подобную возможность и оставил подробную видеозапись: кто таков, чем занимаюсь, где живу…

– И когда же вспомнили?

– Едва вернулся домой и увидел собственную прихожую. У меня там, если помните, висит календарь с буддистской символикой. Едва я взглянул на него, все тут же и всплыло в памяти.

– Да-а, – сказал я, присаживаясь на ближайший стул. – Мне вот не позволили оставить самому себе письмо.

Он мелко закивал:

– Действительно, ваш случай посложнее. Но вы тоже вспомните, рано или поздно. К примеру, если окажетесь в доме, где часто бывали в той, первой жизни. А может, вам встретится близкий друг. И сразу все вспомните.

– Спасибо, утешили! Так можно всю жизнь прождать!

– Не расстраивайтесь, – продолжал доктор заискивающим тоном. – Я думаю, в первой жизни вы были жителем Петербурга. Вы ведь, как мне показалось, знаете город, а Гудвин его знать не мог. Ему был известен Нью-Йорк и другие американские города середины прошлого века.

– Да-а! – повторил я. – Придется бродить по питерским улицам в надежде встретить близкого друга. А потом, когда вспомню, с удивлением размышлять, как я в этом месте очутился.

– Нет, – сказал Кунявский. – Все, что происходило с вами в облике Арчи Гудвина, из памяти не уйдет. Я, например, не забыл ничего.

– А почему, кстати, именно Арчи Гудвин? Почему не Филипп Марло? Или не Перри Мейсон? Или не Владимир Казанцев? Или не Антон Завадский?

– Казанцев был бы в самый раз, – ввернула Инга.

– Можно, я сяду?

– Конечно, садитесь.

Кунявский сел на диван около окна.

– Мне сказали, что вы очень любили в первой жизни Стаута. Обычно читатель, которому нравится литературный герой, подсознательно отождествляет себя с этим героем. Я решил, что эгограмма Гудвина, синтезированная по произведениям Стаута, ляжет на вас наиболее удачно.

Я фыркнул:

– А может, мне нравился Ниро Вульф?

– Вряд ли. Вульф менее человечен, чем Арчи. И главный герой именно Гудвин. Если бы романы писались от лица этого Гаргантюа, вряд ли бы они пользовались такой популярностью!