Пресвятой Господь, помоги нам!

Министру стало жутко. От осознания он моментально прокрутил ситуацию дальше. Он знал, как действуют британцы – они могут вести игру десятилетиями. Борис Романов – их козырь! Они убили Александра Пятого – фон Чернин не сомневался, что именно убили. Теперь под прицелом Николай Третий. Если что-то случится и с ним – Борис может на равных спорить за трон с сестрой Николая. Уже давно на русском троне не было женщин, русские этого не поймут – женщину на троне. Да, есть еще претенденты, но они из таких же побочных ветвей, а Борис Романов может стать компромиссной фигурой для всех именно из-за своей слабости! Может быть, поэтому британцы настаивают на том, чтобы вызволить отсюда Бориса Романова во что бы то ни стало?! Может, они хотят... да почему «может» – хотят, однозначно хотят видеть своего ставленника на русском троне и станут делать для этого все.

А что тогда будет с Австро-Венгрией? Ведь британцы... им хорошо плести интриги, сидя у себя на маленьком холодном островке, а для них, для австро-венгров, Россия рядом! Что будет, если на трон встанет вот это вот... существо? Что будет со всеми?

И это существо... оно ведь серьезно. Оно убило отца, подняло вооруженный мятеж, а теперь плачется, что русский царь не хочет иметь с ними ничего общего. Господи, оно ведь и на самом деле серьезно.

Что-то говоря по-польски, Мусницкий встал и вывел из комнаты рыдающего короля. Министр сидел в оцепенении, пытаясь осознать увиденное и услышанное. Было дурно... господи, у него же земля в Карпатах.

Не приведи Господь. Фон Чернин отчетливо понимал: случись что – британцы хладнокровно подставят их под удар, как делали это всегда. У Британии нет друзей – у нее есть только интересы...

Вернулся Мусницкий, глянул на австрийского посланника, ни слова не говоря, протянул фляжку, серебряную, обтянутую черной кожей. Министр благодарно принял ее, отхлебнул – адская жидкость обожгла рот, попала в дыхательные пути, он проглотил большую часть, мучительно закашлялся, слезы брызнули из глаз, если бы поляк не подхватил фляжку, он бы ее выронил. Граф фон Чернин тяжело, как выброшенная на берег рыба, пытался ухватить обожженным горлом хоть немного воздуха.

– Что это? – просипел он.

– Спирт, – коротко ответил Мусницкий, – чистый спирт. Но хороший. Здесь есть спирт, что от одного глотка ослепнешь.

Министр побагровел, но постепенно приходил в себя.

– Здесь что... ничего другого нет?

– Увы... только контрабандный спирт. И водка из него. Зато – хоть залейся.

Безумие...

– Он... что делать?

– Он согласится. Его сердечный друг Калановский... я говорил с ним. Он готов бежать отсюда до границы хоть пешком. Не далее как до утра он Бориса уговорит. Нужно просто немного подождать...

Министр чувствовал себя совершенно разбитым. Спирт его не взбодрил, а наоборот, клонил ко сну.

– Здесь есть свободная комната, милейший?

– Лучше, чем эта, – нет. Я останусь с вами и подожду до утра. Мне тоже здесь больше нечего делать.

Мусницкий-Котовский мрачно усмехнулся и добавил:

– Вам повезло, граф. Вы будете находиться в обществе Бориса Первого примерно сутки и потом избавитесь от такой чести. А вот я не отхожу от него уже больше месяца...

Когда-то давно, еще в шестидесятых, один из североамериканских генералов ВВС, когда ему продемонстрировали первый, еще несовершенный БПЛА с дистанционным управлением, созданный на базе летающей мишени Firebee, «Огненной пчелы», сказал: «Какой же ты тигр, если ты сидишь в кресле перед монитором?!» [84]

История доказала, что он ошибался.

Беспилотные летательные аппараты в девяностых перевернули всю военную науку. Если раньше воздушной разведкой занимались самолеты, на это надо было отвлекать персонал, данные поступали только после возврата самолета из полета, а летчики серьезно рисковали жизнью при выполнении разведывательных полетов, то Predator, первый современный БПЛА (британцы использовали БПЛА и до этого, но передачи данных в реальном времени у них не было) стал новым словом в разведке. Во-первых, он был легким и дешевым, намного легче и дешевле самолета. Во-вторых, при его использовании не подвергался риску высококвалифицированный летный персонал, более того – он вообще мог находиться не в зоне боевых действий, а в безопасности, как сейчас – на территории авиабазы рядом с Невадой. В-третьих, и это самое важное, – теперь командование могло получать информацию от разведывательного БПЛА не после его возврата, а сразу, в реальном времени.

И это первый, Predator – A, MQ-1. Сейчас он заменялся на Predator – B, или MQ-9 «Reaper», способный нести тысячу семьсот килограммов нагрузки, как разведывательной, так и ударной. До четырнадцати ракет Hellfire, до пяти бомб, разовые бомбовые кассеты. Прошли испытания аппарата, вооруженного четырьмя ПРР [85] AGM-88AE AARGM.

Группа 432 – так она называлась во всех отчетах – была одной из самых престижных в ВВС САСШ – сюда принимали только с дипломом о высшем образовании и здесь хорошо доплачивали за секретность. Группа эта управляла аппаратами, функционирующими за пределами САСШ и официально находящимися в распоряжении других государств – на самом деле это был только предлог для размещения ударных беспилотников по всему миру. Размещение шло успешно, и только за прошлый год численность группы увеличилась с двадцати до пятидесяти человек.