Тот глянул волком и отвернулся. Консенсус проскользнул, не поднимая головы. «Сейчас им сделают карачун», — подумал Сирега и вдруг понял, что его враги стали ему безразличны.

Девушка вышла из машины, потянулась, как котенок. Она скользнула взглядом по Сиреге, и он увидел, что глаза ее печальны и настороженны. «Бедняга, — пожалел он ее, — попала в лапы к старику. Сжечь, что ли, еще один дом?»

Пленных вывели через час, живых, но еще более удрученных. Загнали их все в тот же подвал, закрыли на замок. Сирега, сменившись, нашел паренька, который участвовал в ночной засаде. Он рассказал, как с первых очередей бандиты положили двух боевиков, потом прятались в арыке и отстреливались, пока были патроны.

— С ними еще был доктор из психушки, они его как заложника таскали, — вспомнил парень. — Мы его сразу отпустили, как разобрались.

Сирега опешил:

— Дураки! Он с ними заодно.

— Откуда ты знаешь? — удивился парень.

— Когда они меня повязали, баланду травили, обещали с доктором познакомить. Они его королем называли. Говорили, что большой выдумщик…

— Да они бы сразу вложили его, как только он отмазываться бы начал.

— У воров не принято сдавать, тем более в присутствии другого вора… — веско заметил Сирега. — А вы их, наверное, сразу метелить начали? Такие рожи расписные были!

— Отвели душу — за трех наших… Доктору тоже досталось под горячую руку.

— Одно утешение…

Коротышка, которого Сирега звал «красногвардейцем», по-прежнему торчал у входа.

— Пошли отдыхать, — сказал он ему.

— Не могу, другу обещал подменить, — ответил тот.

Сирега отправился в комнату отдыха, лег на матрас и мгновенно уснул. Проснулся он от звуков близких выстрелов. Вставать не хотелось, но он пересилил себя. В коридоре его чуть не сбили с ног. Возбужденная толпа валила по лестнице, все щелкали на ходу затворами. Кто-то заорал:

— Фундики прорвались!

У входа Сирега увидел неподвижно лежащего «красногвардейца». Под нелепым красным бантом расплылось кровавое пятно. Сирега почувствовал жгучую досаду и горечь, словно злополучный бант был виной гибели.

Тут выяснилось, что бежали пленники, они застрелили часового и попутно прикончили Сирегиного «дружка». Из подвала вынесли тело часового. К своему ужасу, Сирега опознал в нем Сику. Тот недавно приблудился к Национальному фронту, знакомые кореша отрекомендовали и поставили новобранца на охрану загородного склада горюче-смазочных материалов. «Откуда он здесь взялся?» — недоумевал Сирега.

Вечером, когда ни с чем вернулась поисковая группа, Агиров устроил экстренное совещание. Он допросил начальника дежурной смены, начальника караула…

— А где был вот этот господин? — Агиров упер свой палец в сторону Сиреги.

— У меня алиби! Я спал! — выкрикнул он.

Тут же нашлось несколько человек, которые подтвердили это.

Дежурный смены и второй охранник, на свое счастье отлучившийся в тот момент и тоже уцелевший, были посажены в подвал. Охранять их Агиров поставил начальника караула. Поисковая группа вновь начала прочесывать город. Сирегу же вывели из состава дежурной смены. Он не возражал, пошел валяться на койку.

Но, не пролежав и десяти минут, Сирега вскочил. Именно сейчас он ясно представил, что должен сделать. Не теряя времени, отправился в полк, который, как шутили в городе, стал филиалом дурдома. Сирега долго блуждал среди изнуренных, сонных, возбужденных, кривляющихся больных. Наконец у бойкого старичка, представившегося поэтом, ему удалось выяснить, что живет в полковой санчасти некто Юра — санитар…

Там Сирега нарвался на капитана-очкарика, который тут же завалил его массой ненужных вопросов: «Если вы не больной, то что вы тут делаете?.. Здесь российский полк, а не полигон для Национального фронта, хотя, между нами, становится формальным дурдомом… А может, вы шпион?» Наконец он понял, что пришельцу нужен Юра, не стал спрашивать, для чего и зачем, молча провел к двери.

Сирега постучал, но никто не ответил. Тогда он тихо приоткрыл дверь и увидел лежащего на кровати худосочного паренька. Тот открыл глаза, равнодушно глянул на вошедшего и отвернулся. «Еще один псих», — подумал Сирега.

— Это ты будешь Юрой-санитаром?

— Буду, — блеклым, как больничная штукатурка, голосом отозвался паренек, глядя в какую-то свою заумную пустоту.

— Я ищу доктора, — без предисловий начал Сирега. — Он связан с бандитами, вместе с ними грабил квартиры…

— Это Шрамм.

— Что? — не понял Сирега.

— Фамилия такая — Шрамм. Иосиф Георгиевич. Мерзкий человек… Зачем он вам? — будто выдавливая слова, произнес Юра.

Он повернул голову, и Сирега увидел его безжизненные, как лед, глаза.

— Мне нужен не так он, как его новые дружки.

— А вы кто? — равнодушно спросил Юра.

— Я бывший зэк, а теперь боевик Национального фронта, — исчерпывающе ответил Сирега и назвал свое имя.

Почему-то ему не захотелось темнить перед человеком, у которого, видать, умирала душа. Юрка сел, свесив худые ноги вниз, и уже с любопытством глянул на Сирегу.