– Здравствуй, старина Перри! Что могло случиться такого, что заставило бы тебя забыть о своей трубке? – Хранитель начал разговор в шутливой форме, как обычно и общался с маленькими хоббитами.

Но веселого разговора не получилось. Маленький толстяк тяжело вздохнул и, не отрывая взгляда от стола, пробурчал:

– Разве вы не знаете, Хранитель? После того, как наши юные герои ушли вслед за Гендальфом, нас стало некому защитить. Мы живем, словно в темном тумане. Дети перестали смеяться, пиво киснет на третий день, табак уродился такой, что я вырвал его с корнем и сжег, чтобы не опозориться. И всем без исключения каждую ночь снится один и тот же сон: будто страшный дракон сжирает всех подряд и наступает кромешная тьма! А все это идет оттуда!

Маленький человечек ткнул рукой, в которой была зажата потухшая трубка, в сторону холмов, виднеющихся на горизонте.

– Тень легла на Шир, господин Хранитель, причем тень не из наших книг. Даже современные авторы, пишущие по мотивам господина Толкиена, не смогли бы придумать для нас такое. А вы сидите тут со мной и спрашиваете, что случилось!

– Как давно началось это несчастье, Перри? – спросил Хранитель, не отвечая на выдвинутое обвинение.

– Примерно с неделю назад или, может, меньше. Мы совсем потеряли счет дням. В голову лезет всякая жуть, от плохих мыслей хочется удавиться… Как тут считать дни?

– Ты уверен, Перри, что тень идет из-за холмов? – Сан Саныч внимательно осматривался по сторонам.

– Еще бы! Несколько человек пытались отвезти урожай наших чудесных слив на ярмарку, но не смогли осилить и полдороги. Им становилось все хуже и хуже, у всех ужасно разболелась голова, а на ум стали приходить такие мысли, что наши люди плакали не переставая. В конце концов, они не выдержали и повернули домой. Да еще этот мерзкий запах, от которого не спрячешься. Раз уж наш урожай слив вернулся назад, мы из него сделали вино. Но оно скисло! У нас в деревне началась такая буча, что даже до драки дошло. Все обвиняли всех, а теперь обвиняют и друг друга, и весь мир! Я бы не советовал вам, Хранитель, задерживаться здесь, а то еще и вас начнут обвинять в наших напастях!

Сан Саныч медленно поднялся, обронив:

– Ну что же, тогда я пойду за холмы, посмотрю, что там творится и что можно сделать.

Хранитель протянул руку маленькому бургомистру, но тот сделал вид, будто не заметил дружественного знака.

– Пойдите, отчего же не сходить… – Хоббит ворчал про себя, словно Хранителя уже не было рядом. – Вы посмотрите да и смоетесь себе куда-нибудь подальше, а мне новый урожай табака сажать! А если с ним случится то же, что и с прежним? Меня больше не выберут бургомистром…

Последних слов Сан Саныч уже не слышал. Он не без труда выбрался за дверь и теперь широким шагом шел в сторону холмов.

То, о чем рассказывал бургомистр Перри, библиотекарю было уже знакомо – он неоднократно чувствовал нечто подобное на себе каждый раз, когда находил охраняемые порталы и вступал в бой с монстрами. Неужели чудища где-то здесь?

Не сбавляя хода, Хранитель достал книгу-портал и открыл карту. Число темных пятен увеличилось. Пока их было еще немного, они не затронули главные области книжного мира, располагаясь в отдалении, в редких или мало читаемых произведениях. Но если так будет продолжаться… Хранитель даже не хотел думать, что может тогда произойти. Однако против его воли тревожные мысли донимали его все больше, а на душе становилось тяжело и горько от собственного бессилия.

И вдруг у него разболелась голова. Сан Саныч, мужественно превозмогая боль, загонял ее вглубь, стараясь сосредоточиться. А потом к головной боли добавился неприятный запах, который будто пронизывал тело, заслоняя ароматы леса и цветущих лугов, раскинувшихся вокруг. Мерзкий запах заставлял видеть все как бы через серый фильтр, смазывая краски и отнимая у них цвет.

Хранитель еле шел. Точнее, автоматически переставлял ноги, уже не глядя по сторонам, подчинив всего себя только одной задаче – дойти до источника темного облака. У самых холмов давление усилилось настолько, что Сан Саныч почти не мог двигаться дальше. Чернота застилала глаза, каждый шаг давался с неимоверным трудом, словно идущий продирался сквозь какую-то вязкую субстанцию. Сколько времени так продолжалось, Хранитель сказать не мог, но в какой-то момент головная боль вдруг прошла. Просто исчезла, как будто повернули выключатель.

Обессиленный Сан Саныч рухнул в траву. Некоторое время он лежал на спине, раскинув руки, и просто смотрел, как по небу медленно плывут белые облака. Потом встал, сильно потер лицо ладонями, из ножен за спиной достал меч и вновь направился к холмам. Дурной запах никуда не делся, но Хранитель уже научился не обращать на него внимания. Зачерпнув горсть прозрачной студеной воды из пробегавшего у самой кромки леса ручейка, он сделал несколько глотков, умылся на ходу и вошел в лес.

Через несколько шагов ему попалась старая грунтовая дорога с глубокими колеями, выбитыми большими колесами телег. Сан Саныч, не раздумывая, пошел по ней. Запах усиливался. Хранитель мысленно сравнил себя с собакой-ищейкой, ведомой по следу преступника собственным нюхом, и, ухмыльнувшись, двинулся на этот запах. Ему пришлось свернуть с дороги и некоторое время идти по лесу, после чего он вышел на просторную поляну. И то, что открылось взору, заставило его невольно остановиться. Буквально замереть на месте.

На дальнем краю поляны кто-то неимоверно сильный вырвал из склона холма огромный кусок земли и раскидал ее по всей округе. В результате в холме образовался грот, в котором теперь укрывался от солнечного света зверь, какого Сан Санычу еще ни разу не доводилось встречать. Он был очень похож на дракона – с мощными когтистыми лапами, с головой, которую венчал костистый гребень, и с хвостом, заканчивающимся острым шипом. Глаза его были закрыты, но Хранитель почти не сомневался, что они золотисто-желтые. Цвет шкуры дракона был не виден – солнце светило в глаза, не давая возможности разглядеть оттенки. Зверь лежал, положив могучую голову на передние лапы, и словно бы спал. Но когда Сан Саныч двинулся вперед, длинный хвост дракона взметнулся вверх и ударил прямо перед ним, взметнув вверх крупные комки дерна и земли.