Как раз к этому моменту, если положение останется под контролем, и планировался всеобщий захват всего состава совета старейшин баюнгов. Накануне графская чета в парном подсмотре побывала в столице великанов, и теперь четко было известно время полного собрания этих ставленников Крафы. Все-таки как-никак начиналась война, и предатели собирались решать важные государственные задачи.

Решать они и в самом деле начали. Да только все их высокие помыслы были развеяны после бесцеремонного переноса всего марионеточного собрания в полном составе, вместе с охраной, писарями и кулуарными секретарями, прямо на дно небольшого ущелья. Выбраться оттуда и великанам оказалось не под силу. Зато собравшиеся на верхней кромке обрывов милые пушистики могли общаться с братьями своими старшими сколько угодно. По утверждению туюсков, они намеревались добротой и убеждением перевоспитать своих врагов за неделю.

— А может, и за две. Или три. — Именно так бесшабашно и со смирением высказался один из глав родов.

И в самом деле, куда теперь спешить, если война отложена, и, скорее всего, навсегда?

Ну а для некоего перевоспитания всех остальных великанов была задействована совсем иная пропагандистская акция. Вряд ли такая проходила когда-нибудь в мире Ба. Не только в столице, но и в нескольких крупных городах за час до начала большого совета старейшин парочка специальных автоматических планеров раскидала тысячи листовок, где ясно, черным по белому, было написано, кто в самом деле злой колдун, а кто такие воистину добрейшие, умнейшие и заботливые обо всем народе Торговцы. Прием несколько подлый, нечестный, но вполне действенный. То есть тут еще написанному пером верили безоговорочно, особенно простые баюнги. Ну и когда к главной площади столицы стали стихийно стекаться толпы великанов, в правительственном здании никого не оказалось и в воздухе стало пахнуть грозой, вот тут и возник на балконе для ораторов баюнг в древних, но тем не менее немыслимо ценных доспехах. И начал он свою речь точно так же, как перед туюсками:

— Меня зовут Шу'эс Лав. И мой отец Шу'юс Трит когда-то имел огромный замок в большой долине.

Ну а дальше он заранее отрепетированными речами довел до сознания собравшегося народа, что, как и куда. Причем помогал ему во время произнесения речи и некий личный опыт: ведь он уже вспомнил семнадцатый год жизни и свои первые самостоятельные переходы между мирами.

Кстати, если говорить об умении Торговца. Пожалуй, только Александра знала, скольких усилий ее супругу стоило уговорить резко повзрослевшего стажера на первые прыжки только под его личным контролем. Причем Дмитрий не так боялся самих прыжков, нет. Наоборот, он был безмерно рад, что у него появился друг, товарищ и напарник. Он очень опасался какой-нибудь очередной ловушки со стороны малопонятного, непредсказуемого пока Крафы. Ведь недаром отец великана предупреждал в письме, что сражаться с супостатом следует только после рассеивания в межмирских пространствах всех порталов-ловушек.

Скрепя сердце Шу'эс Лав согласился шагать в створы самостоятельно, и то лишь при полном обмундировании и экипировке. Причем только в том комплекте, который утвердит Дмитрий Петрович Светозаров. А он утвердил в первую очередь пуленепробиваемый сюртук с полным набором всей вычислительной и сопроводительной аппаратуры. И уже толь-ко одно его деяние в этом направлении можно было назвать геройским: заказ в техническом мире Ситулгайна сюртука по меркам, снятым с великана трех с половиной метров ростом. Александра сама видела расширившиеся глаза директора уникального пошивочного заведения для военных, который после долгого бормотания по поводу всегдашней срочности вдруг рассмотрел поданные ему на листке размеры.

— Да вы шутите?! — вскричал он. — Или желаете закамуфлировать в уникальную ткань боевого робота-андроида межпланетной разведки?! Да сюда тканей и оборудования уйдет втрое больше обычного!

— Я тоже утраиваю оплату заказа, — спокойно ответил Торговец, что вызвало у директора только новое рычание:

— Все вы, господин советник, меряете деньгами! — Но тон уже стал вполне умеренным. — А ведь у меня не рабы работают, а люди.

— Сколько конкретно будет участвовать работников в пошиве и создании сюртука?

— Ммм… Да человек пятнадцать.

— Тогда при расчете я доставлю еще пятнадцать вот таких сувениров. — И Дмитрий выложил на стол переливающуюся перламутром ракушку. — Так сказать, в виде поощрения. Она живая, питается влагой из воздуха и, самое удивительное, напевает частенько немыслимые, фантастические мелодии. Надо только ее погладить по верхней кромке.

С настороженным лицом директор ателье произвел манипуляции пальцами и с детским восторгом слушал, в общем-то, незатейливую мелодию. Зато потом его глаза блеснули странной заинтересованностью:

— И где такие волшебные игрушки произрастают?

Покупатель ответил доброй улыбкой и вопросом:

— Я ведь у вас не выпытываю производственные тайны вашего пошивочного клана?

В общем, с сюртуком все сложилось, как никогда, прекрасно, и уже завтра его следовало забирать, а пока Светозаров стоял сзади великана, поглядывал из-под локтя на площадь и готовился в случае любой непредвиденной угрозы убрать своего коллегу в безопасное место.

Но все прошло, как и планировалось. После длительной и продолжительной речи на древнего героя посыпались вопросы. После идеально отточенных подсказками наставника ответов народ, вполне естественно, стал интересоваться: что делать, куда идти, что менять?

На что с балкона слетел строжайший запрет на ведение боевых действий с добрейшими туюсками и призыв-совет немедленно выбрать в новый совет старейшин самых честных, миролюбивых и достойных граждан. Напоследок местный Торговец провозгласил:

— Трудности еще продолжаются! Война с подлым Крафой еще не окончена. Поэтому на короткое время я вынужден буду вас покинуть. Но учтите, если вернусь, а все еще будет здесь по-старому, то и новый состав совета старейшин окажется на перевоспитании в ином мире.