— Думаю, линза сместится намного, — сказал Уиллоус.

— На длину футбольного поля, — быстро уточнил Голдстайн. — Более чем на сто ярдов. Постоянно двигаясь туда и сюда. Туда и сюда. Об этом стоит подумать. А что получается, когда поверхности трутся?

Для наглядности он соединил свои ладони и крепко потер ими, металлический браслет его часов заблестел в свете флюоресцентных ламп.

— Тепло? — предположила Паркер.

Голдстайн улыбнулся. Клер покраснела.

— Трение, Клер. А когда твердый пластик трется о такое нежное вещество, как роговица глаза, то… Вы носили когда-нибудь линзы?

— Нет, — ответила Паркер.

— И ваши глаза от природы такие темные?

Паркер кивнула. Голдстайн смотрел на нее, как бы не зная, верить сказанному или нет. Вместо линз он надел очки в черной тяжелой пластмассовой оправе со стеклами толстыми, как экран телевизора. Казалось, этим очкам лет двадцать. Он снял их и протер стекла. На переносице и щеках остались красные следы.

У него на полке в банке с какой-то жидкостью хранилось мозговое вещество известного убийцы. Паркер где-то читала, будто мозг всех существ, включая человека, имеет одинаковый энергетический рейтинг — около ста пятидесяти калорий на унцию. Почему ей на ум пришла именно эта бесполезная вещь, а, скажем, не ее почтовый индекс?

— Что нового для нас по поводу стрельбы у моста Гренвилл? — вспомнила она.

Голдстайн надел наконец, к собственной радости, очки и посмотрел в лежащую перед ним желтую разлинованную бумажку.

— Думаю, что мало можно сделать, пока не найдено тело.

— Мы ищем, — сказал Уиллоус.

— В «понтиаке» только один тип крови, — сказал Голдстайн. — Резус положительный. Мозговое вещество человеческое, и осколки черепа, по всей видимости, тоже.

Он немного помолчал.

— Относительно последнего я не совсем уверен. Парень из антропологической лаборатории, Уотерс, согласился посмотреть. Если все так, как я думаю, то вы имеете дело с убийством. Никто не выдержит такого ранения.

— Мы с самого начала предполагали, что здесь что-то посерьезнее, чем кровотечение из носа, — сказал Уиллоус.

Голдстайн кивнул.

— Там были еще волосы. Некоторые с корнями. Судя по ним, жертвой был европеец, определенно — мужчина.

— Можете назвать возраст, ну хоть приблизительно? — спросила Паркер.

— По тому материалу, который у нас есть, не могу. Если бы побольше костей, кусочек черепа или спинного мозга, я мог бы сказать более определенно.

— Отпечатки пальцев?

— Никаких. Машина была протерта чище, чем… — Он взглянул на Паркер и быстро отвел взгляд.

— Что еще? — спросил Уиллоус.

— Мне кажется, Джек, надо прежде всего найти тело. Тогда многое станет ясным. Судя по всему, стрельба велась в упор. На теле можно найти следы пороха, смазки ствола и другое.

Голдстайн перелистал страницы в записной книжке и поправил очки.

— Теперь вы собираетесь спросить меня насчет стреляных гильз двадцать пятого и сорок пятого калибра, которые вы там нашли, верно?

— Ну и что с ними? — так и сделал Уиллоус.

— Как вы и предполагали, оружие автоматическое. «Стар» и кольт. И ничего кроме этого.

— На гильзах нет отпечатков?

— Они чистые.

— Даже частичных? Их тоже стерли?

— Думаю, что да.

Голдстайн снял очки и воззрился на стекла.

— Проблема?

— Я носил эти очки еще на подготовительных курсах медицинского колледжа. Они уже никуда не годятся, а новые получу только после обеда. — Он снова водрузил очки на нос и заметил: — Я слышал, вы нашли свидетеля.

Уиллоус поднял бровь.

— Бездомную леди, которая живет в заброшенном автомобиле, — уточнил Голдстайн.

— Она глухая, Джерри, и наполовину слепая, и она не видела, что произошло.

— А может быть, все-таки что-то и видела?

— Вы знаете то, чего не знаю я?

— Да нет, просто думаю, что вы могли бы взяться за нее пожестче, и только. Может быть, привести ее в порядок, дать ей провести пару ночей в другом месте. — Голдстайн улыбнулся. — Отбуксировать ее подвижной домик. Поскрести ее немного. Может, что-нибудь и узнаете.

— Я уже занимался такими людьми, — сказал Уиллоус. — Все, чего можно добиться от них, это слезы.

— Ну, смотрите, ваше дело.

— Вот это верно! — Паркер взглянула на Голдстайна: что за человек, просто червяк в яблоке…

— Я только хотел помочь вам и все. Но у меня нет данных. Нет ни жертвы, ни подозреваемого. А вы сунули мне пучок волос и осколки костей и ждете какого-то чуда. Так я вам скажу: я не гадалка.

— Спасибо за помощь, — сказал Уиллоус.

Голдстайн резко захлопнул за ними дверь. Стекла задребезжали, но выдержали.