Сэмми, главный официант, похлопал его по плечу.

– И что дал тебе мистер Стэтлер?

– Ничего, – сказал Авель.

– И даже чаевых? – спросил Сэмми с сомнением в голосе.

– Ах да, конечно, – сказал Авель, – десять долларов. – Он протянул деньги Сэмми.

– Так-то лучше, – сказал Сэмми. – А то я уже начал подозревать тебя в двойной игре. Десять долларов – это много даже для Стэтлера. Ты, должно быть, произвёл на него впечатление.

– Боюсь, что нет.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Сэмми.

– Это неважно, – сказал Авель и хотел уйти.

– Минутку, Авель, у меня тут записка для тебя. Джентльмен за столиком номер семнадцать, некий мистер Лерой, хочет поговорить с тобой.

– О чём?

– Откуда мне знать? Может, ему понравились твои голубые глаза.

Авель посмотрел на столик номер семнадцать, предназначенный исключительно для особо кротких или неизвестных посетителей, поскольку был расположен очень плохо: рядом с дверью на кухню. Обычно Авель избегал подходить к столикам в том конце зала.

– Кто это? – спросил Авель. – Чего он хочет?

– Не знаю, – сказал Сэмми и даже не повернул головы. – Не могу же я знакомиться с биографией каждого нашего клиента, как ты. Порекомендуй им блюда повкуснее, обеспечь себе хорошие чаевые и надейся, что они придут опять. Можешь считать такую философию примитивной, но меня она устраивает. Видимо, тебя не научили хорошему тону в Колумбийском университете. А теперь тащи свою задницу туда, Авель, и, если речь пойдёт о чаевых, не забудь сразу же отдать деньги мне.

Авель с улыбкой посмотрел на лысину Сэмми и пошёл в конец зала. За столиком сидели двое: мужчина в цветном клетчатом пиджаке, – Авелю такие не нравились, – и красивая молодая девушка с копной вьющихся светлых волос, которые сразу же привлекли внимание Авеля. Авель нацепил смиренную улыбку и поспорил сам с собой на доллар, что этот мужчина поднимет шум по поводу постоянно хлопающей двери в кухню и попытается сменить столик, чтобы произвести впечатление на свою обворожительную подружку. Никто не любил запахи кухни и постоянные проходы официантов туда-сюда, но столик нельзя было сменить, поскольку отель был полон постояльцами, а, кроме того, в ресторан на обед заглядывали многие ньюйоркцы, которые относились к приезжим как к захватчикам. Почему это Сэмми всегда отправляет к капризным клиентам именно его?

Авель осторожно приблизился к клетчатому пиджаку.

– Вы спрашивали меня, сэр?

– Конечно, спрашивал, – сказал тот с сильным южным акцентом. – Меня зовут Дэвис Лерой, а это моя дочь Мелани.

Глаза Авеля тут же перестали смотреть на Лероя и встретились с парой самых зелёных глаз, которые он когда-либо видел.

– Я наблюдаю за тобой последние пять дней, Авель, поскольку в тебе есть класс, настоящий класс, а я всегда ищу только таких. Элсворт Стэтлер оказался полным дураком, что не перехватил тебя сразу, как увидел.

Авель внимательнее присмотрелся к Лерою. Его лиловые щёки и двойной подбородок не оставили у Авеля сомнений в том, что этому мужчине явно ничего не сказали про сухой закон, а пустые тарелки объясняли, как у него появился такой надутый живот; однако ни имя, ни лицо ничего не говорили Авелю, – а ведь обычно он знал всё о клиентах, которые сидели во время обеда в Эдвардианском зале за его тридцатью семью столиками. В тот день в зале сидели двое неизвестных, и мистер Лерой был одним из них.

– Я не из тех мультимиллионеров, – продолжал южанин, – которые обязательно должны сидеть за угловыми столиками, когда они приходят в «Плазу».

Авель был задет. Клиент не должен разбираться в относительной привлекательности разных столиков.

– Но дела мои обстоят неплохо. В самом деле, Авель, мой лучший отель вполне может однажды достичь такого же уровня, как и этот.

– Уверен, что так оно и будет, сэр.

Лерой, Лерой, Лерой. Это имя ничего ему не говорило.

– А теперь позволь мне пояснить кое-что, сынок. Главному отелю моей сети нужен новый помощник управляющего, который отвечал бы за рестораны. Если тебе это интересно, заходи ко мне в номер после смены.

Он вручил Авелю дорогую визитную карточку с тиснением.

– Благодарю вас, сэр, – Авель посмотрел на карточку: Дэвис Лерой, Ричмондская сеть отелей, Даллас. Ниже был напечатан девиз: «Каждый день – новый отель в новом штате». Имя всё равно было неизвестно Авелю.

– С нетерпением буду ждать тебя, – улыбнулся общительный техасец в клетчатом пиджаке.

– Благодарю вас, сэр, – сказал Авель. Он улыбнулся Мелани, чьи глаза так и остались невозмутимо зелёными, и вернулся к Сэмми.