Шрифт:
Зато континентальная часть страны пришла в движение. В конце концов восточный Сантлак оказался взбаламучен, все спешили, вооружались, седлали коней и подновляли свежей краской гербы на ржавых щитах. Тех, кто остался дома, стращали, грозили скорым возвращением и карой тем, кто отстанет от общего дела - так что простодушные дуралеи вроде ок-Рейкра в самом деле поверили в скорое появление войска сеньоров. На самом деле сантлакские господа ничего не совершают быстро. Словом, сэр Войс имел достаточно времени, чтобы подчинить округу городка Трингвер.
Замки были заняты тильцами герцога Тегвина. В общем, численность имперской армии в результате этих операций сократилась совсем незначительно, место вассалов тильского герцога заняли местные коллаборационисты - еще менее надежные, чем воины Тегвина. Императора это не смущало, и, спустя неделю после торжественного вступления в Трингвер, армия двинулась на восток - к Энгре.
Войс вел имперское войско короткими переходами, от замка к замку, дозорную службу по-прежнему несли тильцы, им помогали местные сеньоры, они лучше знали местность. Пока шло покорение трингверского округа, Коклос избегал Алекиана, да и к Войсу наведывался лишь изредка - узнать, не стряслось ли чего необычного. Никаких существенных событий не происходило, и поскольку карлик уже получил от свежеиспеченного маршала все, что требовалось, Войс интересовал шута гораздо меньше.
Коклос занимался муштрой оруженосца. Полгнома прекрасно понимал, что отвага и предприимчивость не всегда могут заменить рост и силу, так что верзила оруженосец - ценное дополнение к отважному сэру Коклосу.
Керт Дубина оказался вовсе не таким уж непроходимым тупицей, за какого его принял Полгнома поначалу. Здоровяк был спокойным и медлительным, был тугодумом и нрав имел вялый, но если Керту хорошенько объяснить, что от него требуется - с третьего или четвертого раза Дубина понимал. Поскольку заняться было больше нечем, Коклос терпеливо объяснял и по третьему, и по четвертому, а если требовалось - то и по десятому разу.
Сидя у костра в лагере под Трингвером и трясясь в повозке по разбитым ухабистым дорогам Сантлака, карлик терпеливо вдалбливал оруженосцу:
– Ты не должен никому верить, кроме меня, понял?
– Понял.
– Повтори.
– Чего?
– Кому ты должен верить?
– Ну...
– Не "ну", а верить ты должен только мне. Я, господин Полгнома, твой командир, ты должен верить только мне. Никому, кроме меня, не доверяй. Понял? Повтори!
– Да понял я...
– Так повтори!
– Чего?
– Ты никому не должен...
– Я никому не должен доверять, кроме... э...
– Кроме меня, твоего командира, господина Полгнома.
– Ну.
– Кому ты должен доверять?
– Ну, это...
– Жрать хочешь? Сегодня обеда не получишь, покуда я не услышу...
– Господин Полгнома, мой командир.
– И?
– Чего?
– Кому ты должен доверять?
– Господину Полгнома.
– И?
– И никому более. А обед-то скоро?
Покончив с простыми вопросами, Коклос перешел к вещам посложнее.
– Запомни, ты не будешь сражаться, не будешь трудиться, вообще у тебя житуха мировецкая при мне пойдет, понял? Не хлопай глазами!.. Ладно, вижу, что понял. Так вот, почему тебе такое счастье привалило?
– Потому что мой командир - господин Полгнома, благодетель.
– Ну ладно, ладно, я сейчас о другом. Ты пока что ешь, пей, отлеживай бока, но, когда придет время, мы с тобой должны будем спасти его императорское величество от страшной беды.
– Понял.
– Хорошо, коли так. Когда придет срок, придется подраться и потрудиться. Очень недолго, а потом - много всяких наград. Ты только меня слушайся.
– Понял.
Верзила уже смекнул, что от него пока требуется немного - кивать да соглашаться.
– Понял? Тогда повтори.
– Я буду жрать и бездельничать. Когда скажете, господин, пойду и это.
– Чего?
– Ну, чего... чего скажете.
– Слава Гилфингу, Керт! Ты на глазах становишься умнее. Вот что значит общество мудреца!
– Чего?
– Слушайся меня, и будешь сыт, одет и... да, чуть не забыл. Самое главное: никому не повторяй того, что слышал от меня.
– Ох...
– Чего вздыхаешь, Дубина?
– Как же мне жить, не повторяя стольких важных слов?
– Керт принялся загибать пальцы, каждый из которых толщиной едва уступал коклосовой руке, - и слова-то какие важные: сыт, одет, понял, забыл, господин... чего еще? А! Подраться, потрудиться... Хотя без этих слов я бы еще сумел как-то обойтись... но сыт и одет! Без этого не можно!
– Керт!
– А?
– Иногда я забываю, кто из нас Дубина.
– Гы-ы...
– Тьфу, надоел.