– Минут через пять рисунок станет для вас еще яснее, – сказал я. – Взгляните на то, что справа от библиотеки, в которой мы сейчас находимся.

Я замолчал, предоставляя им возможность самостоятельно разобраться в схеме, которую я изучал уже не один час.

– Похоже, что там какой-то коридор, – наконец произнес Ааз.

– Где? – спросила Танда.

– Рядом с комнатой, которая именуется «Личной библиотекой». На противоположной стороне от «Королевских покоев», – сказал я.

– Коридор ведет вниз, – сказал Ааз.

– В центр магической энергии, – пояснил я. – Вы представляете, что случится, если окунуться в этот поток силы?

– Случится нечто такое, ученик, что ты себе и представить не можешь, – ответил Ааз.

– Верно, – согласилась Танда, снова обратив взор к потолку, – но спуститься туда сможет только Скив.

– Знаю, – буркнул Ааз, продолжая изучать план замка.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил я. Перспектива тащиться в одиночестве по коридору, ведущему в центр магической силы, мне не очень-то нравилась.

– Я потерял свою волшебную силу, – со вздохом произнес Ааз. – Танда же не волшебница, а всего-навсего убийца. Гленде мы доверять не можем. Так что остаешься ты, ученик. Из всех нас лишь ты один можешь сойти вниз в гору.

Я посмотрел на план и проследил взглядом весь коридор, ведущий в глубину холма к центру невообразимой мощи. Перспектива быть высосанным до смерти коровой-вампиром теперь казалась мне не такой уж и плохой. В ней по крайней мере не было никаких неясностей.

Остаток ночи тянулся крайне медленно.

Ааз и Танда лежали бок о бок на кушетке, пялясь в потолок и рассуждая о том, как можно выбраться из замка.

Ааз, узнав, что никакой золотой коровы не существует, а наша волшебная карта была лишь трюком, призванным спасти Харольда, полностью утратил интерес к этому предприятию и мечтал лишь о том, как улизнуть отсюда.

Вот уж действительно – лучше поздно, чем никогда.

Когда дверь открылась и в комнату вошел Харольд, Ааз и Танда сидели за столом, а я стоял рядом с ними.

Через дверной проем я увидел, как лучи утреннего солнца заливают бывшие «Королевские покои».

Похоже, что мы сумели благополучно пережить еще одну ночь полнолуния в стране коров-вампиров.

Харольд посмотрел на спящую Гленду, которая всю ночь так и оставалась в одном положении.

– Она не пыталась убежать? – спросил он.

– Только в момент захода солнца, и всего несколько секунд, – ответил Ааз. – Золотой шнур ее удержал.

– В таком случае она спасена, – сказал Харольд.

– А что эта веревка смогла сделать? – спросил я. Мне казалось странным, что довольно тонкий шнурок, не способный сдержать и ребенка, не позволил восстать ото сна могучему вампиру.

– Если говорить упрощенно, не вдаваясь в технические подробности, то магия шнура удержала ее от полного превращения в кровососа, – ответил Харольд. – Кроме того, шнур за ночь очистил ее кровь, и она теперь никогда вампиром не станет. Если желаете в этом убедиться, взгляните на ее шею.

Я подошел к слегка похрапывающей Гленде. Слюна, вытекшая во сне у нее изо рта, оставила на одеяле большое мокрое пятно. Я легонько повернул ее голову набок, чтобы разглядеть то место, на котором оставались следы зубов вампиров.

Там, где еще вчера шея была красной и воспаленной, остались всего лишь две едва заметные точки.

– Удивительно, – заметил я.

– Согласен, – сказал, подойдя ко мне, Ааз.

– Оставьте шнур на ней, и пусть она еще немного поспит, – произнес Харольд. – За это время ее организм частично восполнит вчерашнюю потерю крови.

Я посмотрел на Гленду. В этот момент мне было ее почти жалко. Почти. Однако вспомнив, как она навсегда бросила меня в чужом мире, я подавил в себе нарождающееся чувство жалости.

– Как вы провели ночь? – спросила у нашего хозяина Танда.

– Как обычно, – пожимая плечами, ответил тот. – Так, как я всегда провожу ночь в полнолуние вот уже много-много лет. Я превратился в корову, щипал траву и спал стоя. Даже вспоминать об этом не хочется.

– Ах вот как? – протянула Танда. – Так вы об этом хотели рассказать нам утром?