Я и сам это знал, но Пуки поступила очень мило, что это сказала, поскольку мне этого не позволяла сделать врожденная скромность.

— Теперь, я надеюсь, ты уловила разницу между испугом и признанием наличия потенциальной опасности, — продолжала Пуки. — Гвидо поднял действительно важный вопрос. Мы можем вступить в схватку с врагом, у которого на руках все козыри. Поэтому прежде, чем сделать очередной шаг, нам следует хорошенько все взвесить.

— Если босс скажет, что это следует сделать, я на это пойду без колебаний, — сказал я. — Мне не раз доводилось с открытыми глазами выступать в смертельно опасных играх с малыми шансами на успех. Но сейчас я повторяю: поскольку существует серьезная возможность того, что нас прикончат, мы обязаны передать полученную информацию боссу. В противном случае все наши действия лишаются смысла и следующей команде придется начинать с нуля.

Осса опала, как воздушный шар, из которого вдруг выпустили весь воздух. Теперь она выглядела не как юная разбойница, а как девчушка, которой не разрешили идти на вечеринку.

— Что же, в таком случае возвращаемся во дворец, — сказала она безжизненным тоном. — Маг получит информацию, и никому не будет нужна моя служба в роли Королевского следователя. Прости, Гвидо, что я на тебя давила. Мне так нравилось наше путешествие, что я попыталась продлить удовольствие.

Теперь мне стало ясно, почему она рвалась продолжать наше расследование. Путешествие со мной и Пуки было ее звездным часом. В нашем обществе она не чувствовала себя чужаком, которому каждый день приходилось бороться за место под солнцем. Мы относились к ней как к любимой младшей сестренке. Особенно внимательной была Пуки, обучавшая ее всему, начиная от умения привлекательно одеваться и кончая тем, как утихомирить пару горлопанов, не повредив себе прическу.

Покончив с этим делом, мы с Пуки продолжим работу в нашей команде, все члены которой, как я уже неоднократно говорил, классные ребята, отличные бойцы и верные друзья. Что же касается Оссы, ей придется вернуться в свою армейскую часть. Могу засвидетельствовать по собственному опыту: тамошнее существование в лучшем случае можно назвать унылым. Подобной жизни я не пожелал бы даже врагу, а уж об Оссе, которая была мне глубоко симпатична, и говорить не приходится.

Пуки поймала мой взгляд, и по выражению ее глаз я понял, что она полностью разделят мои мысли.

— Впрочем, поразмыслим еще немного, — протянул я, стараясь выиграть время. — У меня, конечно, есть на этот счет свое мнение, но я вовсе не хочу выглядеть узколобым догматиком. Не исключаю, что кое-что могло и ускользнуть от моего внимания.

Осса начала было закатывать глаза, но, осознав, что я смягчаю позицию, навострила уши.

— Итак, мы знаем, что существуют две, действующие независимо одна от другой, группы... — начал я.

— Точно, — подхватила Пуки, понимая, куда я гну. — Команда, которая играет в прятки в Королевском заказнике, и клоун в черном.

Я глубокомысленно кивнул и принялся как бы в задумчивости барабанить кончиками пальцев по колену.

— Лесные парни, на мой взгляд, таят большую потенциальную опасность, — произнес я. — Вопрос в том, каким образом мы могли бы разнюхать о них чуть больше, не отправляясь следом за ними в чащобу.

— Мне кажется, сержант что-то говорил о подрайоне, расположенном совсем рядом с лесом, — сказала Пуки.

— Да. О «Гербе Шервуда», — сказал я. — Ну и что?

— Мы, видимо, имеем дело с группой партизан, играющих в низшей лиге, — произнесла Пуки. — Как утверждает большинство специалистов, партизанская война невозможна без поддержки местного населения. Может быть, нам удастся собрать кое-какие сведения в этом подрайоне?

— А я-то думала, они живут на природе, — сказала Осса. — Ведь в заказнике разной дичи навалом.

— Угу... — буркнул я. — А ты когда-нибудь пробовала эту самую дичь? Время от времени ее можно пожевать, чтобы разнообразить диету, но для ежедневного рациона она не годится, если, конечно, в твоем распоряжении нет повара, который отлично знает свое дело.

— Кроме того, — добавила Пуки, — они отнимают деньги у сборщиков налогов. Если ты постоянно обитаешь на природе, золото тебе ни к чему. Готова спорить, они его где-то тратят, и тратят именно в «Гербе Шервуда».

— Что же, похоже, мы выработали какой-то план, — сказал я. — Мы вытрясем информацию из местного народонаселения, и это занятие гораздо больше соответствует моей натуре, чем попытки таскаться по болотам и кустам. Что скажешь, Осса?

— Это вам решать, ребята. А что касается меня, то я с вами, — ответила она, делая все, чтобы ее слова звучали как можно небрежнее.

Пуки мне хитро подмигнула, и я решил, что идея не торопиться назад во дворец не так уж и плоха, как мне прежде казалось.

Знаешь, я так долго проторчала на Извре, что успела забыть, какие необычные вопросы иногда порождает посещение других измерений, — сказала Пуки.

Как я уже говорил вам, за время путешествия я научился отключаться от женских разговоров, поскольку они вызывали у меня головную боль, но это замечание привлекло мое внимание.

— Почему ты об этом заговорила? — спросил я.

— Есть вещи, с которыми не часто приходится встречаться. Ну вроде этого... как ты назвала эту штуку, Осса?