— Сергей… — тихо выдавил бледный от потери крови сержант.

— Ты знаешь, что произошло? — спросил Грегор, не отрывая глаз от контрольных мониторов. Он вдруг подумал о том, что они пять часов провели вместе, выбираясь из подвальных уровней космопорта к его вершине, и даже не успели узнать имен друг друга.

— Понятия не имею… — хрипло выдавил сержант. — Мы только заступили в караул на дальней Зоне, когда погасло солнце… — Очевидно, что посетившее его воспоминание оказалось очень ярким и впечатляющим, потому что на бледных щеках Сергея выступили пунцовые пятна. Он попытался пошевелиться, но это ничтожное усилие лишь вырвало из его горла хриплый стон да на наспех сделанной повязке проступили влажные пятна крови.

На этот раз Грегор обернулся.

— Доктор, мать твою, у нас раненый! Хватит давиться слезами!..

Странно, но его гневный окрик никак не подействовал на съежившегося в углу человека.

— Я доктор, но только химических наук… — раздался глухой голос из-под закрывавших лицо Гентри ладоней. — Консультант, понимаете? Меня запихнули сюда… Я не хотел лететь на этот чертов Везелвул…

— Так ты не врач?

— Нет!.. Я понятия не имею о медицине! Оставьте меня в покое, прошу вас!

— Знаешь что, док, — Грегор на мгновение оторвался от своего занятия и повернулся вместе с креслом. — Мы теперь в одной упряжке, и не имеет значения, хотел ты лететь сюда или нет. Если не будем помогать друг другу, то подохнем, понимаешь?

Гентри оторвал ладони от опухшего лица.

— Мы все равно умрем, — тихо, но очень убежденно произнес он. — И не имеет значения, случится это сейчас или несколькими днями позже. Все, кто попал на Везелвул, обречены…

— Ты что несешь? — Грегор резко обернулся. Его уже начал доставать замогильный тон доктора.

— Я знаю, что говорю… — глухо повторил Фрамер, отняв ладони от покрасневшего лица. — И он тоже знал… — Доктор кивнул в сторону трупа, прикрытого листом пластиковой облицовки.

Очевидно, эти слова сильно подействовали на воображение техника. Он смертельно побледнел.

— Так-так… — Он старался скрыть свое волнение, но не смог этого сделать, отчего голос Грегора заметно дрогнул. — Значит, вы в курсе, док? Кто он такой и почему валяется в резервном отсеке контроля термоядерного синтеза с дыркой в голове? — требовательно спросил он.

— Ничего мне не известно, — раздраженно отмахнулся от него Гентри. — Просто я знал этого человека…

— Ты думаешь, он погасил солнце?! — не унимался Грегор.

Не дождавшись немедленного ответа, техник отвернул край пластикового листа и взглянул на обезображенную голову трупа.

— «Генезис»… — это слово сорвалась с губ доктора, словно редко произносимое вслух проклятие. Он не отвечал на вопрос Грегора, а просто разговаривал сам с собой. Очевидно, что Фрамер уже дошел до той степени морального и физического изнеможения, когда реальность начинает отодвигаться, уступая место полубредовым видениям.

— Что «Генезис»? — не разобрав его фразы, раздраженно переспросил Грегор. — На нас напали мутанты, а не корпорация, — зло отчеканил он, возвращаясь к прерванной работе.

Вместо доктора на последний вопрос техника ответил сержант. До сих пор он молча слушал их диалог, плотно сомкнув глаза и весь отдавшись внутренней боли, но после последней фразы Грегора по его губам скользнула едва заметная усмешка.

— Ты что, с луны свалился, Грегор? — хрипло и удивленно спросил он. — Ты разве до сих пор не понял, что Везелвул — планета смертников?.. — сержант закашлялся, сплюнув кровавый сгусток. — И мутанты, и болота — все это политика «Генезиса»…

— Нет… — растерянно ответил техник.

— Говорят, что ядовитые болота Везелвула — это огромная, возникшая естественным путем химическая фабрика, понимаешь… природный химический реактор, который производит чистейший сетроний…

— Да ты с ума сошел! — недоверчиво воскликнул Грегор, на мгновение оторвав пальцы от клавиатуры.

— Хотелось бы… — едва слышно прошептал сержант.

На некоторое время в тесном отсеке повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь сдавленным попискиванием сигналов на контрольных панелях.

— Да байки это все… — не очень уверенно произнес техник, возвращаясь к прерванной работе.

От этих слов техника доктора Фрамера передернуло.

— Ну конечно… — с оттенком сарказма произнес он. — Вам все невдомек. Хорошо сидеть в стенах космопорта. Здесь, по крайней мере, не видно всей дряни, что творится с легкой руки «Генезиса»… Мне искренне жаль тех экологов, что только зря мучаются в болотах… — вздохнул он.

— Это почему? — поинтересовался Грегор, которого в данный момент больше занимала проблема погасшего солнца, чем странные откровения доктора Фрамера, но все же он машинально продолжал слушать.