Шаттл звонко чиркнул посадочными опорами о влажный стеклобетон и, покачнувшись, застыл, громко подвывая перегретыми двигателями. За его кормой от выбросов плазмы начал раскаляться стеклобетон.

Рывком вскочив с кресла, Саша распахнула грузовой люк, одновременно ногой вытолкнув наружу телескопическую лесенку.

Прежде чем протянуть руку навстречу Линксу и Андрею, которые, выбиваясь из сил, волокли безвольное тело Грегора, она успела кинуть беглый взгляд на прилегающие терминалы и пару возвышавшихся неподалеку контрольных башен.

То, что искал ее взгляд, обнаружилось на самой верхотуре, прямо над выбитыми провалами панорамных окон диспетчерского помещения.

— Давай! — хрипло выкрикнула она, протягивая руки в проем.

Ухватив тело Грегора за лямку скафандра, она рывком втянула его в шаттл и тут же, не говоря ни слова, спрыгнула на влажный, курящийся паром стеклобетон посадочной плиты.

— Ты куда?! — Линкс попытался ухватить ее за плечо, но Саша машинально уклонилась.

— Не твое дело, Линкс, — огрызнулась она. — Взлетайте!

С небес вновь накатывал остервенелый грохот, предваряющий появление истребителя…

Линкс рванулся было за Эйзиз, которая, не обращая внимания на адский грохот, петляя, бежала по курящимся паром лужам в сторону сорванной двери, обозначившей вход в ту контрольную башню, откуда час назад они управляли беспилотной посадкой шаттла…

— Ледышка! Саша! Стой! — в его голосе звучал не приказ, там была мольба, но крик Линкса вдруг заглох, отсеченный стеной разрывов.

Взрывная волна отшвырнула Дерека назад, к шаттлу.

Ухватившись за поручень трапа, он видел, как медленно, очень медленно бежит Саша и как стремительно несутся за ней по пятам уродливые кустистые сполохи разрывов…

— Саша… — едва слышно прошептал он в полнейшем отчаянии…

Нет, она была заговоренной, это точно…

Он понимал смысл ее безумного поступка, но, видит бог, Линкс не хотел жить такой ценой. В нормальных условиях он мог брюзжать и цепляться за созданную им же самим иллюзию своего сносного существования, но сейчас все кончилось. Он снова был на войне, и снова, в который раз на его глазах, Ледышка пыталась сделать невозможное. Невозможное с точки зрения здравого смысла и разных, писаных и неписаных, правил, и все ради тех, за кого, как считала она сама, лейтенант Эйзиз несет ответственность. За них. За пятерых мужиков, один из которых еще ни разу не пришел в сознание, а другой потерял его, обгадившись со страха под огнем истребителя…

— Двигай! — что есть мочи крикнул он Рориху, снаружи задвигая люк шаттла. Закрыв его, он набрал полные легкие воздуха и рванулся в самое пекло стальной метели вслед за своим командиром.

— Идиот! — с досадой констатировал Рорих. — Андрей, пристегни к креслу этот кусок дерьма! Взлетаем!

— Саша! — перекрывая шум турбореактивных движков, крикнул Звягинцев, втаскивая тело Грегора в ближайшее кресло.

— Знаю! Хватайся за что-нибудь!

С этими словами Рорих поднял машину в воздух.

Чуть накренясь и задевая опорами о бетон, грузовой модуль рванулся вперед, наперерез атакующему истребителю.

В кабине управления истребителем сидел не Спаркс — это была другая машина, — а один из двух ведомых капитана. Справившись наконец с атмосферными циклонами, он вынырнул из-за облаков и, подстегиваемый координирующими приказами с борта «Громовержца», очертя голову ринулся в атаку.

Молодому пилоту, который едва ушел в своем опыте полетов от уровня тренажеров и симуляторов, естественно, не хватало хладнокровия Спаркса, его расчетливости и интуиции.

Застряв между низкими облаками и туманной землей, он пытался сделать, что мог, но ни один симулятор не предполагал столь неадекватного поведения противника.

По данным, что передавал базовый корабль, внизу находилась жалкая кучка калек и поврежденный грузовой шаттл…

Черта с два…

Попав в круговерть боя, пилот уже не мог думать ни о чем, кроме прицела и рулей высоты. Завывая, истребитель несся над стеклобетонной равниной, изрыгая снаряды из четырех автоматических пушек, но маленькая фигурка в скафандре продолжала бежать меж разрывов, наплевав на все его потуги…

У молодого летчика помутилось в глазах.

Вторая фигурка вдруг присоединилась к первой. Покатившись по бетону плиты, человек, столь безрассудно бросившийся под огонь, вдруг молниеносным, но абсолютно точно и, как показалось, хладнокровно рассчитанным движением вскинул импульсную винтовку, одновременно разрядив часть магазина и подствольный гранатомет…

«Это те самые калеки?!» — ошалело успел подумать пилот за мгновение до того, как снаряды с грохотом замолотили о лобовую броню пикирующей машины. Естественно, они не могли причинить существенного вреда космическому истребителю, но это было то самое горнило, где в критические секунды выживал только сильнейший, где выковывались характеры и души таких, как Линкс, Эйзиз, Рорих, Спаркс…