Конечно, он не так хорош, как кажется с первого взгляда. Во-первых, он всегда и везде, за исключением небольшого количества личных вещей, разводит жуткий бардак. И порядок в этом доме держится на хрупких плечах милейшей женщины-экономки. А бардачный профессор (кстати, еще достаточно молодой и неженатый) даже не называет ее по имени. Он прозвал эту степенную даму в возрасте просто Мадам. И это — во-вторых. Но она не обижается. Напротив, Мадам обожает своего работодателя и уверена, что когда-то, очень давно, еще в детстве, профессор Ким просто отказался взрослеть. Как Питер Пэн. И уж кто-кто, а Мадам-то знает, что ему это удалось. Однако возникает законный вопрос: чем таким занимается наш профессор и как ему на скромное профессорское жалованье удается содержать квартиру, напичканную не только музейными редкостями, но и массой всякой новейшей электроники, разными затейливыми приборами, да еще, судя по фотографиям, путешествовать по всему земному шару? Да, вопрос, конечно, справедливый, но не будем заострять внимание на меркантильных проблемах— из дальнейшего повествования мы узнаем, чем же таким занимается наш профессор. Сам он полушутя заявляет, что соединил новейшие научные открытия с некоторыми древними знаниями, и получилось очень даже ничего! И, весело улыбаясь, добавляет, что в старину таких, как он, звали волшебниками, чародеями или колдунами. Как вам больше нравится! «Ищите Истину на грани наук и преданий» — выгравировано на металлической зажигалке «Zippo», с которой профессор не расстается уже десять лет. Вот такой он, наш профессор, названный дедушкой — пламенным революционером и знатоком Востока — не Марленом и не Виленом, а Кимом, в честь великого вождя корейского народа. Так как имя оказалось довольно редким для наших широт (не много по Москве бродит Ким Иванычей и Ким Ир Сен Степанычей), наш герой решил для краткости так и называться — Профессор Ким. Конечно, после того, как получил звание профессора, что случилось с ним в весьма раннем возрасте.

— Мадам, Мадам! — зовет Профессор. — Не приготовите ли еще чашечку кофе для одного банкира, еще рюмку водки для одного водолаза и стаканчик чаю для меня?

— Разумеется, Профессор… В общем-то это не мое дело, но все же позволю себе напомнить: данный джентльменский набор я повторяю в пятый раз за последний час.

— Не говорите, Мадам. Кого-то с утра посещают любящие дети и нежные жены, а кого-то — кофеманы и алкоголики.

Радостный смех коренастого бородача в свитере грубой вязки и сдержанная улыбка молодого, элегантно одетого мужчины показали, что они не против подобных оценок.

— И заметьте, Мадам, пристрастие к возбуждающим зельям не помешало одному сохранить форму практикующего костолома, а другому весьца удачно маскироваться под яппи.

— Видишь ли, Кимушка, — засмеялся бородач, — у русского человека напивается не тело, а душа, дух!

— Стремящийся поскорее покинуть тело, — с улыбкой добавил яппи-банкир.

— Будь я духом Артура, — указал бородач на элегантного мужчину, — я бы не торопился покинуть так модно одетое и ухоженное тело.

— Спасибо, — поблагодарил Артур, — я переговорю об этом со своим духом. И все же вернемся к нашим баранам…

— Сам такой! — обиделся бородач.

— Да нет, он скорее всего имеет в виду меня, — ухмыльнулся Профессор Ким.

— Тогда бы я сказал — жеребцам, — произнес Артур.

— Спасибо хоть не свиньям, — вставил бородач.

— А я сказал «баранам», видимо, имея в виду тех, кто все это будет оплачивать… Так что, как насчет моего предложения?

— Затонувшие галионы?..

— Совершенно верно! Испанские галионы, целый караван, предположительный район поиска — Бискайский залив. Группа банков готова финансировать проект при условии, что в деле будет такой авторитет, как Профессор Ким.

— А галионы, судя по первоисточникам, полны золота, — пробурчал водолаз. — Ив случае удачи твоя группа банков получает второй золотой запас России…

— Возможно, это всего лишь возможно. А очевидно только то, что флотилию ищут уже не одну сотню лет, и пока никто не получил даже дырочки от бублика. Первоисточников не хватает; для объективности картины нужно, чтобы Профессор Ким применил свои нетрадиционные методы, как это было с кладом Гектора.

— Я недавно прочитал, что мои методы полностью антинаучные, — улыбнулся Профессор Ким.

— Я давно это утверждал! — вставил бородач.

— Спорить с академическими кругами не берусь, — произнес Артур, — я поэтому и завязал с наукой.

— А, ну да, ваш банк— все сплошь математики и физики…

— И лирик Артур, — рассмеялся бородач. — Энергия накопления капитала равна массе банкира на квадрат скорости света.

— Сейчас время дилетантов. — Артур сделал большой глоток кофе, и его чашка опустела. — Мы все делаем только первые шаги и учимся уже в дороге.

— Ты, Артур, прямо даос. — Бородач, улыбаясь, поглаживал свою бороду. — Но согласись, если судить по капиталам, которые сделал ваш новый атакующий класс, вы уже давно не ученики.

— Не будем переходить на классовую терминологию, — мягко улыбнулся банкир. — Мы все гораздо большего добьемся на позиции всеобщего сотрудничества. Сейчас в России несложно заработать большие деньги, гораздо труднее их сохранить и грамотно использовать.

— Например, вкладывая в полубезумные авантюры? — поинтересовался Профессор Ким.

— И так тоже, — пожал плечами Артур. — Ты что думаешь, только ты не наигрался в детстве в пиратов и кладоискателей?

— А также в членов Тайного Общества Колдунов, — тут же добавил бородач. — Сокращенно— «в членов»…

— Да, вот именно, — сказал Артур. — Поверьте, ребята, среди людей, с которыми я веду дела, таких — великое множество.

— «Членов», ты имеешь в виду? — поинтересовался бородач.

— Да, с очень большими деньгами, неудовлетворенным любопытством или самолюбием, повернутых на магии, тайных доктринах и древних знаниях. И для них Ким — звезда первой величины! Галионы — что! Они готовы финансировать самый безумный проект — путешествие к берегам озера Титикака или к ламам Тибета… Если в деле Профессор Ким, то у него в руках ключ к древним знаниям или он может его отыскать, поэтому за финансированием дело не станет… Вот так! Бизнес — та же физика, по крайней мере сумасшедших там не меньше!