Действительно. Многое из того, что сказал этот молодой человек, не лишено смысла. Президент в задумчивости потер подбородок. Фактический контроль над ресурсами Южной Африки даст Советскому Союзу жизненно необходимую возможность диктовать Западу свои условия. Советские государственные учреждения, занимающиеся экспортом, могли бы диктовать рост цен, которые якобы взвинчивает новое «революционное правительство» ЮАР, и тем самым значительно увеличить приток столь нужной валюты в кремлевскую казну. Одновременно повышение цен на стратегическое сырье сильно замедлит экономический рост Запада, давая СССР шанс сократить разрыв. Это позволит доказать всему миру, что слухи о неминуемой кончине советского государства сильно преувеличены.

Появившиеся на нескольких лицах улыбки говорили о том, что его коллеги думают так же, как и он. Но не все. Сказанное, похоже, не убедило министра иностранных дел и министра обороны.

Президент нахмурился. Согласия по-прежнему не удавалось достигнуть. Ну хорошо, возможно, он сможет предложить компромисс, который позволит им сохранить лицо. Он быстро постучал по столу.

— Товарищи, я полагаю, мы всесторонне обсудили эту проблему. Мое предложение таково: СССР поддержит военные приготовления Кубы на предварительном этапе, но не станет приветствовать самого вторжения. С этим можно подождать до прояснения ситуации в Намибии и самой ЮАР. И мы будем настаивать на абсолютной секретности. В этом случае у нас останется выбор.

Он поймал взгляд министра иностранных дел.

— Таким образом, мы получаем сильные козыри на любых переговорах по намибийскому урегулированию. Верно, Алексей? — Министр иностранных дел слегка наклонил голову в знак согласия. — Хорошо. Тогда решено. Мы сообщим Фиделю, что он может приступать к осуществлению своего плана, но при соблюдении условий, о которых я сказал. Правильно?

Головы вокруг стола согласно закивали, некоторые с энтузиазмом, другие — с явной неохотой.

В углу комнаты застучали клавиши: одна из секретарш Совета обороны набирала текст президентского решения на компьютере. Фидель Кастро получит корабли, самолеты и боеприпасы, необходимые ему для подготовки решающего удара по Претории.

В федеральном округе Колумбия стояло свежее сентябрьское утро, одно из тех, которые заставляют мириться с тамошним знойным летом. Если вам удалось пережить парилку июльской и августовской жары, то им на смену непременно должен был прийти прохладный, чистый ветер, с первыми дуновениями которого падала температура и рассеивался смог.

Погода поднимала настроение, и даже на два этажа под землей ее влияние ощущалось на лицах и в разговорах людей, ожидавших вице-президента.

За царящим в зале оживлением скрывалась глубокая озабоченность. Хотя это было очередное заседание Совета национальной безопасности, на повестке дня стоял один-единственный вопрос — положение на юге Африки. Сами имена и должности присутствующих говорили о серьезности ситуации. За исключением государственного секретаря и министра обороны, все основные члены Совета пришли лично, каждый в сопровождении немногочисленной свиты помощников.

Государственный секретарь находился в Европе, где он проводил прямые консультации по поводу положения на юге Африки с союзниками Америки по НАТО. Министр обороны был занят более прозаическим делом — он объезжал ряд военных баз на Западном побережье, намеченных к закрытию и продаже. Внезапное возвращение их обоих к заседанию Совета только бы вызвало нежелательный шум в прессе.

Тем не менее, почти весь мозговой центр администрации присутствовал сейчас за столом в подземном зале заседаний, расположенном под зеленой лужайкой и розовым садом Белого дома. Им предстояло распутать этот клубок.

Как только вице-президент Джеймс Малькольм Форрестер миновал стоящих у входа морских пехотинцев, приглушенный гул разговоров стих. Он торопливо занял свое кресло и достал из кожаного портфеля толстую папку.

— Дамы и господа, прошу извинить за задержку, но я только что получил от президента дополнительные указания относительно войны в Намибии и наших ответных действий. — Он повернулся к невысокому человеку с бородой, сидящему напротив. — Эд, не введете ли вы нас в курс дела? Пока присутствующие не будут обладать полнотой информации, мы не сможем продолжать разговор.

— Да, сэр. — Помощник государственного секретаря Эдвард Хэрли выглядел сосредоточенным и собранным. Он поднялся со своего места и потянулся, чтобы включить проектор.

Форрестер сделал вид, что не заметил удивленно вскинутых бровей заместителя государственного секретаря. Уитворт был непосредственным руководителем Хэрли, но у него не было конкретной информации, необходимой для того, чтобы вести этот брифинг. К тому же Форрестер давно подозревал, что человек номер два в ведомстве государственного секретаря из разряда тех «высокопоставленных лиц», кто любит распускать порочащие его слухи.