— Взлетная полоса свободна? — Каррера узнал отрывистый северо-восточный говор полковника, ведущего головной «М-Си-141».Десять американских транспортных самолетов кружили плотной группой над Преторией и примыкающим к ней аэродромом, ожидая подтверждения, что можно заходить на посадку.

— Нет, Один-ноль. Мы сможем принять вас не раньше, чем через пять минут. Тогда свяжемся с вами дополнительно. Конец связи.

Ба-бах! В сотне метров от них взорвалась еще одна мина, взметнув вверх фонтан земли и камней. Каррера отпустил клапан микрофона и жестом показал старшему сержанту, что связь окончена.

— Айк, передай Сэмми, чтобы немедленно заткнул эти чертовы минометы. У нас тут несколько птичек, которым не терпится как можно скорее сесть. Понятно?

Каррера повел свою штабную роту через бетонную площадку в район боя, бушевавшего возле ремонтных мастерских. Поначалу он бросил туда пятьсот человек. Теперь их оставалось гораздо меньше, а у второго батальона 75-го полка «рейнджеров» каждый боец был на счету.

Последняя уцелевшая зенитная установка, призванная защищать «Сварткоп» от воздушного налета, стояла неподвижно на невысоком холмике, развернутая к летному полю. Черно-зелено-коричневая маскировочная сеть скашивала угловатые формы машины, делая ее больше похожей на огромный камень или засохший куст, нежели на ракетную установку.

В узкой, освещенной красноватым светом кабине сидели трое.

— Ну?

Невысокий, тонкогубый уоррент-офицер ВВС ЮАР, отвечающий за обнаружение цели и пуск ракеты, в последний раз щелкнул каким-то переключателем и покачал головой.

— Ничего, лейтенант. У меня нет никаких сведений от «кактуса-четыре».Либо они все убиты, либо перерезана линия связи.

— Черт побери! — Его более высокий и молодой командир стукнул кулаком по приборной доске. Потом он решил действовать по инструкции. — Переключись на режим оптического сопровождения, Дурн.

— Слушаюсь! — Ловкие пальцы уоррент-офицера забегали по пульту управления. Зажегся экран, соединенный с телекамерой на крыше машины, и на нем появилось изображение усыпанного звездами ночного неба.

По небу двигалось что-то громадное, закрывая собою звезды. Дурн нажал кнопку, фокусируя камеру на незваном госте. Огромный четырехмоторный самолет как раз разворачивался, заходя на очередной круг над городом.

— Цель обнаружена, лейтенант!

Командир взглянул на экран. У ЮАР таких самолетов нет. Ясно — это самолет противника.

— Огонь!

Установка вздрогнула и немного откатилась назад, выпустив ракету, взметнувшуюся ввысь в столбе белого пламени и быстро набирающую скорость. Управляемая уоррент-офицером Дурном, ракета неотвратимо пошла к своей цели.

Визуальное сопровождение позволяло ракетам «кактус»атаковать самолеты противника, даже если их радиолокационная система управления выведена из строя. Тогда получалось что-то вроде детской видеоигры. Расположенный в кабине компьютер преобразовывал движения рукоятки, которой манипулировал оператор, в специальные сигналы и передавал их на ракету. Оператору оставалось только не выпускать мишень из перекрестья прицела, а уж компьютер сам отправит ракету точно в цель. Но самое главное, визуально наводимые ракеты нельзя было обмануть ни тепловыми ловушками, ни дипольными отражателями.

Эта система была плохо пригодна для борьбы со скоростными штурмовиками и истребителями во время захода на цель. Человеческие рефлексы еще не развиты до такой степени, чтобы уследить за объектом, летящим со скоростью около двух тысяч миль в час. Но «Си-141»с позывными «Сьерра-один-четыре» был неуклюжей, громоздкой мишенью, делающей широкие круги со скоростью всего четыреста узлов.

Тем временем в двухстах метрах ниже по склону группа огневой поддержки «рейнджеров» заметила ракету и отпустила кабель связи пусковых установок, по которому шла вверх.

— Ракета!

Американцы бросились на землю, увидев вылетевшую ракету, за которой тянулся хвост дыма и огня. Отплевываясь, командир группы приподнялся.

— А ну, задайте им жару!

Один из группы решительно кивнул и выпустил легкую противотанковую ракету. Ракета прорвала маскировочную сеть зенитной установки, пробила корпус, вошла внутрь и лишь потом взорвалась, превратив машину в красно-оранжевый шар огня и расплавленной стали.

Уоррент-офицер Дурн и все, кто находился в кабине, сразу погибли, но «Сьерру-один-четыре» уже ничто не могло спасти.