— Ты прямо в офис звонил? — спросила Бет нарочито небрежным тоном.

— Да. Но может, он в лаборатории. Или же спустился в подвал, где хранятся останки Мужчины из Ла-Бре.

Наверное, так оно и есть, подумала Бет.

— Слушай, я как раз хотела позавтракать. Любишь блины с черникой?

— Нет, не люблю, — ответил Дел. — Я их обожаю!

И пока Дел занимался книгами и бумагами, Бет поднялась наверх, переоделась в шорты и майку; готовить завтрак для Дела в домашних тапочках и халате выглядело бы как-то слишком интимно. Все же интересно, чем это занимался Картер ночью, что искал в этих книгах. Вчера вечером аль-Калли увел его куда-то, неизвестно куда, и пробыли они там на протяжении всего концерта, а когда вернулись, Картер был прямо сам не свой. Смотрел отрешенно, казалось, глаза видят нечто такое, чего на самом деле перед ним нет и быть не может, а он тем не менее видит это. А по дороге домой, когда она спросила, куда это аль-Калли водил его, он лишь отмахнулся и заметил, что араб показывал ему какие-то древние кости, найденные в Сахаре, и что он хотел, чтобы Картер ими занялся.

— Они важны для твоих исследований, да? — спросила Бет.

Но муж не ответил, словно не слышал. Просто смотрел вперед на дорогу, ведя машину на автопилоте. Последний раз она видела его в таком состоянии в Нью-Йорке, когда пришли снимки останков, найденных при раскопках в пещере у озера Аверно. Как и тогда, он полностью погрузился в мир размышлений и предположений. И хотя Бет страшно хотелось посплетничать с мужем на тему того, как прошла вечеринка у аль-Калли, она сдержалась. Она была умной женщиной и не обиделась на мужа.

Таков уж ее Картер. Его не переделать.

Она вернулась на кухню и увидела, что Дел снял Джо со стульчика и они оба сидят на полу и играют.

— Моторика у него просто потрясающая, — заметил Дел, с умилением поглядывая на малыша.

— Как у тебя с этим делом? — спросила Бет, доставая из холодильника яйца. — Получится взбить?

— Думаю, что справлюсь.

Они вдвоем занялись приготовлением блинов и бекона, хотя Бет последнего не ела, но часто подавала его Картеру на завтрак. Пока шла готовка, Бет расспрашивала Дела о жизни в Лос-Анджелесе, как ему живется с сестрой и ее мужем, и получила вполне ожидаемые ответы.

— Не хочу никого обижать, — сказал он, снимая первый блин и помешивая шипящие кусочки бекона на сковородке, — но, если честно, не понимаю, как люди могут жить в подобном месте. Слишком много людей, слишком много машин, а от шума просто оглохнуть можно. Порой не слышишь даже своих собственных мыслей. — Он взял из рук Бет тарелку с блинами, сироп и отнес их на столик в углу. — Воздух такой скверный, что видишь его, перед тем как вдохнуть.

Он выдвинул стул, уселся.

— Зато вот это выглядит весьма аппетитно. Так и просится в рот.

— Так чего ждешь? Налегай.

Бет обернулась через плечо и поняла, что понукания были ни к чему, Дел уже уплетал блины за обе щеки. Перед тем как положить очередную порцию в рот, обильно поливал черничным сиропом. Он ел с сосредоточенностью и аппетитом человека, привыкшего есть в одиночестве.

Хорошо бы познакомить его с какой-нибудь приличной женщиной, подумала Бет, которая могла бы заинтересоваться Делом. В Гетти имелись несколько незамужних дам, но слишком уж они заумные и рафинированные. Хотя Дела умом бог тоже нисколько не обидел, да и человек он был добрый, они никогда не смирятся с его диковатой внешностью и тягой к странствиям. Они просто испугаются при одном взгляде на него и убегут в Беверли-Хиллз.

— Картер говорил тебе, что во время последней прогулки мы наткнулись на маленький охотничий домик, вернее хижину? Так вот. Еще несколько ночевок на балконе над бульваром Уилшир, и я перебираюсь туда.

Нет, среди своего ближайшего окружения вряд ли удастся подобрать Делу подходящую пару. Она поставила перед ним на стол тарелку с жареным беконом и села рядом.

В этом маленьком помещении незримо присутствовал Картер, вернее — чувствовалось его отсутствие. Они пытались говорить о разных других вещах — засухе, последнем скандале, связанном с деятельностью местного полицейского департамента, о дебатах на тему того, стоит ли выдавать иммигрантам-нелегалам водительские права, — но оба понимали, что все это лишь притворство. Так что для Бет было облегчением, когда Дел, проглотив последний кусочек бекона и запив кофе, поднялся и сказал:

— Ты как думаешь? Мне ехать искать его или подождать, пока сам вернется?

Бет думала о том же. А потом вдруг решила, что, раз день выдался таким теплым и солнечным, нет ничего лучше, как пойти в местный бассейн искупаться. Это поможет протрезветь и собраться с мыслями. Бассейн по большей части пустовал, а если даже там и бывали люди, то сидели, уткнув нос в газеты, или же говорили по мобильным телефонам.

— Я тут подумала, может, взять Джо и пойти поплавать в бассейне?

— А у вас есть бассейн?

— Лично у нас — нет, но в Саммит-Вью имеется. Недалеко, через улицу.

Она сразу поняла, что и Дел не против присоединиться.

— Ты можешь позаимствовать плавки Картера.

— Да нет, зачем. У меня есть в машине. — Он вытер губы салфеткой, сгреб тарелку со стола, отнес ее в раковину и спросил: — Тогда чего мы ждем, черт побери? Давай собирайся!

Они быстро убрали со стола, посадили Джо в прогулочную коляску, Дел натянул плавки, и вот все они дружно направились к бассейну. Чемп трусил рядом, опустив нос к выгоревшей коричневой траве (ограничения, связанные с экономией воды, становились все жестче). На территорию бассейна собаки не допускались, поэтому пришлось схитрить и сделать так, чтобы Чемп остался за воротами. Он сидел в тени, привязанный поводком к одному из столбов, и мрачно взирал на них, пока вся компания устраивалась под большим желтым зонтом. Даже в этот жаркий и солнечный воскресный день у бассейна почти никого не было. Лишь пара девочек-подростков, густо намазанных лосьоном, жарились на солнышке да в другом конце сидел в шезлонге мужчина с неестественно длинными белыми ногами. Сидел, уткнувшись носом в газету.