— Проклятие, — негромко выругался майор.

— Ах! — воскликнула Кейт. — Ты богохульствуешь!

— Мне это простительно, — сказал майор. — Ведь это было моё особое вино. И я так хотел узнать мнение мисс Крэнли о нём.

— Моё мнение не имело бы для вас ровно никакого значения, — возразила я ему. — Ведь меня никак нельзя считать знатоком.

— А тебе, дедушка, всё равно не следовало ругаться. Твой ангел-хранитель записывает все совершенные тобой грехи в такую маленькую книжечку, и когда-нибудь настанет такой день, когда ты будешь должен отвечать за них.

— Если это всё, за что я должен буду держать ответ, мне не стоит беспокоиться, а кроме того, я уверен, что ты в любом случае будешь молиться за меня.

Кейт засмеялась, а я взглянула на разбитый бокал. Я наклонилась, чтобы поднять его, но майор воскликнул:

— Не притрагивайтесь к нему ни в коем случае. Разбитое стекло может оказаться очень опасным. Особенно страшны самые мелкие осколки. Оставьте его. Я потом всё уберу. А вам я сейчас налью вина в новый бокал.

Мы с Кейт отошли от того места к дивану, который стоял у окна. Кейт попросила и ей налить вина.

— Не очень подходящий напиток для маленьких девочек, — заметил майор.

— Ах, дедушка, что в этом такого.

— Ну, хорошо. Ты только попробуешь, да? Вы видите, мисс Крэнли, как она обхаживает меня?

— Дедушка, а правда, что ты ни в чём, ни в чём не можешь отказать мне?

— Мы ведь только мягкий воск в нежных пальчиках наших чаровниц, — ответил он.

Я видела, что девочке очень нравится этот шутливый разговор со своим дедом.

Примерно через полчаса мы распрощались с майором и вернулись в Пэрриваль Корт. Я непрерывно зевала.

— Что с вами? — удивилась Кейт. — У вас полусонный вид.

— Всё это из-за адски тяжёлой работы, чтобы научить вас уму-разуму.

— Вот уж нет. Это из-за вина. Вы ведь всегда говорили, что от него вы можете заснуть даже днём.

— Вы правы. Наверное, в этом дело.

— Зачем же вы тогда пьёте вино?

— Ваш дедушка был настолько настойчив, что я никак не могла отказаться.

— Я знаю, — согласилась она, смеясь.

Время уже было около полудня. Мы с Кейт закончили заниматься её уроками и собирались отправиться погулять в сад. Когда мы вышли с ней в зал, навстречу нам попался майор.

— С добрым утром, милые мои, — проговорил он. — Очень рад видеть вас. Вижу, вы собираетесь уходить.

— А ты, дедушка, пришёл навестить старую леди Пэрриваль? — поинтересовалась Кейт.

— Да, именно так. Но я очень рад, что увиделся и с вами. Я был очень доволен, что вы приходили ко мне. Правда, ваше посещение оказалось таким коротким. Поэтому я с нетерпением жду вашего нового визита.

— Мы обязательно зайдём, — заверила его Кейт.

— И мисс Крэнли тоже? — спросил он, поглядывая на меня.

— Спасибо, — ответила я. — Разумеется, и я тоже.

Как раз в этот момент к парадной двери подошёл один из лакеев из Тренкорн Мэнора.

— А, мисс Крэнли, — обратился он ко мне. — У меня есть письмо для вас. Возвращается мистер Лукас. И он хотел бы знать, не могли бы вы встретиться с ним сегодня. Он будет вас ждать в половине третьего в таверне «Король Моряков».

— Да, да. Я буду там. У него всё хорошо?..

— Поправляется, мисс.

— О, я рада. Лакей ушёл.

Кейт обратилась ко мне:

— Ну вот, опять вы уйдёте сегодня. Вы всё время ходите на этот постоялый двор.

— Только в своё свободное время, Кейт.

— Нельзя быть таким безжалостным эксплуататором, — вмешался в разговор майор. — Кейт, ты не должна превращаться в тюремщика для мисс Крэнли. Ведь тебе самой это, наверное, не понравилось бы? А потом, если ты будешь так себя вести, мисс Крэнли упорхнёт и оставит нас одних. Ну, ладно, надеюсь, что вскоре обязательно увижусь с вами. Прощайте.

Он стал подниматься по лестнице.

— И всё-таки вы всегда ходите на этот постоялый двор, — проговорила Кейт.

— Я встречаюсь там со своими друзьями.

— А почему вы меня не берёте с собой?

— Потому что вас не приглашают.

— Это не причина.

— Возможно, это очень важная причина.

Пока мы гуляли в саду, у Кейт был довольно мрачный вид. Но все мои думы были только о предстоящем свидании с Лукасом.

Я окончательно освободилась, когда было уже около двух часов пополудни. Но для того, чтобы добраться до постоялого двора, мне нужно было всего минут пятнадцать — двадцать. Я могла бы успеть даже в том случае, если пошла бы пешком, но мне хотелось испытать Голди. Кроме того, мне очень нравилась езда верхом. Наконец, была и ещё одна причина. Если я поеду верхом, то смогу побыть немного подольше с Лукасом, а потом мы могли бы вместе вернуться назад, так как он тоже приедет на лошади.