Фелисити сказала:

— Розетта, тебя что-то беспокоит? — Я не ответила, и она продолжила: — Не хочешь об этом говорить? Ты ведь знаешь, я пойму. Но вынуждать тебя не стану. Ты много натерпелась, но поверь, то, что происходит сейчас, гораздо важнее. Что было, то прошло. Не думай, что я не понимаю, как тебе жилось в гареме. Должно быть, ужасно. Но ты спаслась. Тебе очень повезло. Хотя эти злоключения оставили свои следы. Я беспокоюсь за тебя и за… Лукаса. Мне он всегда нравился. Он был таким компанейским. Много путешествовал и с такой легкостью об этом рассказывал. Он всегда был беззаботным человеком, которому всё нипочём. Страшно подумать, что теперь он, озлобившись, ушёл в себя. Как это неверно. Для него, как он считает, конец всему. Он всегда был таким активным. Знаешь, что я собираюсь сделать? Джеймс снова едет в Труро читать лекции в колледже. Я поеду с ним. И скажу ему, раз уж мы оказались в Корнуоле, почему бы не заглянуть к Лукасу. Будет замечательно, если и ты поедешь с нами. Ну, что думаешь?

Я не могла скрыть своего восторга. Поехать туда и оказаться неподалёку от Пэрриваль Корта… Что ж, как бы далеко он не находился, но всё ближе, чем отсюда. Я понятия не имела, что буду делать, когда приеду туда. Одно лишь заботило меня: я не должна выдать Саймона.

— Я вижу, что идея тебе по душе.

Когда мы сообщили о своих планах тётушке Мод, она обрадовалась. Её собственные попытки сблизить меня с молодыми людьми брачного возраста особым успехом не увенчались. Она надеялась, что моя поездка в этом смысле окажется более продуктивной.

Графтоны вращались в нужных кругах. Джеймс Графтон был «кем-то там в Оксфорде». Тётушке Мод были не слишком хорошо известны такие детали. Для неё люди делились на «подходящих» и «неподходящих». Графтоны, несмотря на тот факт, что Фелисити была когда-то гувернанткой, были вполне подходящими. Так что она одобрила идею и сказала отцу, что это может оказаться очень полезным для моего будущего.

Итак, было решено, я вместе с Фелисити и Джеймсом отправляюсь в Труро.

По наущению Фелисити Джеймс написал Лукасу, что мы будем в Корнуоле, и можно было бы встретиться. Последовал незамедлительный ответ. Мы обязательно должны погостить, по крайней мере, несколько дней. Тренкорн Мэнор находится слишком далеко от Труро, чтобы приезжать на один день.

Перемены во мне были очевидны.

Миссис Харлоу сказала:

— Ты всегда хорошо ладила с Фелисити. Я помню тот день, когда она появилась у нас. Мы думали, объявится этакая заносчивая мадам. Но как только она вышла из кэба, я поняла, что эта гувернантка мне по душе, да и вам тоже.

— Да. Она замечательный друг, и как нам повезло, что она появилась у нас.

— Я бы сказала, что Фелисити очень тебе помогла.

Да, действительно, я многим была обязана Фелисити.

* * *

Трэнкорн Мэнор оказался приятным особняком в стиле времен королевы Анны. Он был построен в столетие, известное своей элегантностью. Вокруг дома была хорошо ухоженная территория. Мне подумалось, как будет замечательно увидеть Лукаса на дворе его собственного дома.

Он очень радушно нас встретил.

— Просто замечательно, что вы приехали.

И я почувствовала, что это сказано искренне.

Он представил нас своему брату Карлтону и его жене, Терезе. Карлтон был немного похож на Лукаса. Но характеры, как я узнала позднее, были совершенно разные. Карлтон — грубовато-добродушный, совершенно погряз в делах по управлению усадьбой. Настоящий сквайр. Тереза была ему подходящей женой. Целиком поглощенная заботами о семье, она выполняла свои обязанности с очаровательной терпеливостью и сноровкой. Сразу было видно, какая это превосходная жена и мать.

У них было двое детишек четырех лет. Очаровательные близнецы — мальчик и девочка. Звали их Генри и Дженифер. Я уже знала, что все в округе уважали и восхищались Карлтоном и его женой. Тереза была неутомимой помощницей в деяниях церкви и общественности. Она была из тех, кто бескорыстно помогает людям и получает от этого удовольствие.

Мне показалось, что Лукас как-то не очень вписывается в такую семью.

Когда мы остались наедине, Фелисити сказала:

— Лукасу повезло, что у него есть такой дом.

Я задумалась. Человека в его положении, наверное, раздражает подобная демонстрация полного благополучия. Не думаю, что до кораблекрушения он мечтал о таком доме. То, что он постоянно путешествовал, говорит как раз о том, что ему было здесь невыносимо. Печально, что такие добродетельные люди, как Карлтон, его жена, тётушка Мод, сами по себе замечательные, создают далеко не лучшую атмосферу для тех, кто живёт рядом.

Мы планировали остаться в Корнуоле на неделю, ровно столько мог позволить себе Джеймс. Кроме того, Фелисити не любит надолго оставлять детей.

Нам отвели комнаты на первом этаже с окнами, выходившими на болота. Комната Джеймса и Фелисити была рядом с моей.

— Надеюсь, вам будет удобно. Жаль, что вы можете остаться только на неделю. Мы любим, когда у нас гости. К сожалению, они бывают не часто. Я очень рада, что вы приехали. Лукас так счастлив… — проговорила Тереза.

— Мы в общем-то сами напросились в гости, — призналась Фелисити.

— Если бы вы находились поблизости и не заехали к нам, мы бы очень расстроились. Карлтон очень беспокоится за Лукаса, я тоже. Он так изменился.